Взрослая колыбельная

Колдовскую силу нельзя изъять в никуда. А преступникам её нельзя оставлять.

- Волин безродный, ты слышал приговор?

Голос почти такой же спокойный, как у подсудимого, как будто из него пропала последняя жизнь. Той ночью он забрал мою жизнь и испортил свою. При мысли о произошедшем, несмотря на всё, что случилось, несмотря та то, что он натворил, в сердце тут же зародилась жалость. Отобрать силу, изгнать из столицы…

- Я его слышал.

- Почему судья раньше говорил из рода, а теперь сказал – безродный?

Грамадий вскинул голову, не ожидая вопроса.

- Почему безродный?! – я наклонилась ниже, не хочу, чтобы соседи слышали наш разговор.

- Род от него отказался. Его отец ушёл со слушанья, не оборачиваясь. Значит, у него нет больше Первого сына по имени Волин.

Так вот что за мужчина это был! Его отец, а плакала, не на показ, а сердцем, его мать. Ни один из них не взглянул в мою сторону. Ни один из них не оглянулся на сына.

- Приговор привести в исполнение немедленно.

Толпа взревела, в воздух полетели какие-то предметы, похожие на свёрнутые газеты. Народ был доволен зрелищем и вынесенным наказанием.

- Уведи меня, - я вцепилась в Грамадия, закрыв глаза и сжимаясь, как будто от этого уши перестанут слышать. Если радетель поможет мне сбежать, возможно, удастся спрятаться и не принимать эту силу. Его силу. Во всём происходящем такой привкус, будто я вампир, только энергетический, и сейчас я выпью его колдовскую силу, последнее, что ему осталось после суда, после изгнания, после того, как род от него отказался – и словно нанесу ему решающий удар, от которого невозможно оправиться.

Да, я знаю, всё знаю! Нельзя жалеть преступника, человека, который сделал свой выбор, сам, без давления довёл себя до такого конца, но…

Нет, не вздумай!

Грамадий обнял меня за плечи и повел в другую дверь, не туда, куда выходила радостная толпа, шумно обсуждающая невиданную весть – на солдатскую службу осудили не абы кого, а бывшего Первого сына! Это вам не лавочник и не пахарь.

Не укладывается, верно. Так отчего же ноет дурное сердце?

Сколько раз я смотрела телевизионные передачи про женщин, которых избивали мужья, выбивали зубы и ломали кости, а женщины всё равно к ним возвращались. Жалели их.