Взрослая колыбельная

- Сейчас одни медленные пойдут. Не бойся.

И правда, медленные, которые танцуют с партнёром примерно как у нас. Одна мелодия, потом сразу вторая, я думала, что хватит, можно и передохнуть, но прошло четыре танца, а Бакуня всё ещё не собирался оставлять меня в покое и возвращаться к столу.

- Может, отдохнём? – спросила я в начале пятой песни. Танцевать с ним не очень приятно, честно говоря.

- Нет, но скоро.

Мы продолжали кружиться среди остальных пар, мельком я видела Лельку с Коловратом и Первых сыновей с подружками, не видела среди танцующих только Лада, который остался за столом и сидел с полупустой кружкой в руках, ссутулившись и смотря вниз.

Мы танцевали просто бесконечно долго, на талии лежала слабая, вялая рука Бакуни, который сильно нервничал, не знаю, отчего, но мне это всё не нравилось. Чувство такое, будто я кость, которую собираются бросить цепному псу, чтобы пройти мимо, пока тот занят.

- Скоро будет темно, - с непонятным торжеством прошептал на ухо Бакуня. Он осматривался, как будто что-то искал или за чем-то следил.

- И что? Ой, надеюсь, целоваться ты не полезешь.

Он зыркнул на меня с большим презрением. Случайно ляпнула, правда. Не ахти какой намёк, но зато сразу понятно, как именно я к данной идее отношусь.

- О, не волнуйся! – улыбочка у него гадкая, обещает какую-то подставу. Точно подставу, без вариантов, и дело явно не в поцелуях. Как бы теперь придумать что-нибудь удачное и убраться отсюда, пока его план не сработал? Не знаю, в чём он состоит, но участвовать, честное слово, неохота.

Однако неожиданно потух свет, и я непроизвольно вцепилась в Бакуню, потому что почти испугалась. Слушая рассказы, я была уверена, что хоть какой-то свет останется, из окон или из кухни, где печи, но темень ­ глаз выколи, полная, беспросветная и только шевелится в ней множество непознаваемых звуков. Ага! А ведь со звуками тоже что-то сделано, это голоса так искажены. Белка не говорила…

Вместо помощи Бакуня вдруг резко отцепил от себя мои руки, немного повернул и сильно оттолкнул назад.

Я бы упала, если бы народ не стоял так тесно, а так только ударилась об кого-то, но устояла на ногах. По руке мазанула чья-то рука, я отпрянула и врезалась в кого-то ещё, вроде в девушку, потому что чужая юбка прижалась к моей. И снова отпрянула.

Видимо, я походила на мячик, который отскакивает от препятствий и катиться дальше. Чьи-то спины, плечи и руки… Потом очередная рука, мазанувшая по запястью, пальцы, тепло прикоснувшиеся к месту, где прощупывают пульс.