Обрученные луной

И позор тому, кто глумится над беспомощным пленником. 

Щеку обожгло хлесткой болью. Хольм качнулся вбок, не столько уходя от пощечины, сколько изумленно выдыхая. И увидел в глазах Ивара такое наслаждение, что его самого передернуло, будто наступил в какую-то мерзость. Даррас и Рисал тут же повисли на его плечах… 

- Ну ты и дрянь! - выдохнул Хольм. – Развязать боишься, да?

Губы Ивара дрогнули в улыбке. И Хольм прочитал в его взгляде, что слов он не боится. Даже оскорблением их не считает! Напротив – признанием слабости.

Тому, кто может ударить, незачем говорить о чести. А раз Хольм отвечает словами, значит, понимает свою беспомощность…

Ивар был прав – и все-таки ошибся. Это Хольму нужно было, чтобы Ивар и его Коты думали именно так. Чтобы на его руках хватка ослабла всего на пару мгновений. Чтобы Ивар не сделал шаг назад, ударив его, а остался рядом, как можно ближе. 

Договаривая последнее слово, Хольм глянул за левое плечо Ивара. Удивленно глянул, едва приподняв бровь, и тот, заподозрив неладное, перестал улыбаться и повернулся туда.

Совсем немного телом, но главное – лицом. Ловушка на дурака! Но из десяти разве что один удержится и не поддастся. Хольм был выше как раз настолько, чтобы его плечо разворотом врезалось в лицо Ивара, сворачивая Коту нос набок. 

Нос еле слышно хрустнул – и кровь хлынула, заливая лицо и рубашку. 

«Может, и не сломал, - с сожалением подумал Хольм. – Но все равно приложил неплохо…»

Хватаясь за лицо, Ивар пытался остановить кровь.

Рычали ругательства Коты, запоздало оттаскивая Хольма обратно к стене, и Хольм даже не пытался их стряхнуть, хотя прекрасно понимал, что сейчас его будут бить. Грязно и тупо бить, уже не прикрываясь никакими поводами. Но ни на мгновение не пожалел о том, что сделал. Раньше надо было!

- Прекратить! – холодно и ясно прозвучало от двери, и в комнате мгновенно стало тихо. 

Даже Ивар засопел тише, но рук от лица все еще не убирал.

А невысокий Кот, худощавый и подтянутый, с длинными, совершенно седыми волосами, заплетенными в косу, и чеканным тонким лицом, одетый в простую темную одежду, но с драгоценной золотой цепью на груди, сделал несколько шагов от двери и встал так, чтобы видеть всех.

 

- Рисал, что тут произошло? – спросил он, мельком глянув на Ивара и уставившись на Хольма пронзительным взглядом серебристо-серых глаз.

Их одних бы хватило, чтобы Хольм понял, кто это.

«Ну, прекрасно, - с горькой усмешкой подумал Хольм.