Приключения барона Вулдижа, потомственного некроманта. Трилогия

Как и остальных родственников, которые там проживают в настоящий момент.

– Остальные родственники? И много их?

– Не очень. Брат отца – дядя Рений. Тетушка Дишия, сестра матери. И сын Бирии от первого брака – Ромуал. Но он сейчас не живет постоянно с нами, переехав в дом жены. Тридцать лет как-никак, вот Ромуал и обзавелся своим жилищем. Впрочем, в ночь гибели отца он как раз гостил у нас. Да и потом очень часто навещал свою мать, поддерживая после похорон.

– Понятно, – сказал я, чувствуя, как мозги начинают закипать от такого количества новых имен.

Ладно, ближе к делу разберемся.

Таша внезапно опустила голову и с нескрываемой обидой в голосе пожаловалась:

– Странно, я всегда считала себя любимицей отца. Не думала, что он так со мной поступит. По сути, мне достался лишь ветхий, разваливающийся дом, который я даже продать по собственному желанию не имею права. Ведь родственников мне запрещено выселять согласно последней воле отца. А вот к Дирону он всегда относился достаточно прохладно.

Помню, какая ссора между ними вспыхнула, когда брат попросил показать ему дневники прадеда.

Я скептически поднял брови. Надо же, за скромной внешностью собеседницы что-то весьма хищное скрывается. Вот уже и недовольство от слишком маленького полученного наследства выражает.

– Не подумай дурного. – Таша поняла, что сказала что-то не то, и поторопилась объяснить свои слова: – Мне не нужно наследство, полученное таким путем. Видят Светлые Боги, я бы с радостью прожила всю жизнь в нищете, лишь бы отец остался жив.

Просто странно все это. Если отец так не любил дом, то почему он оставил его именно мне?

Это был хороший вопрос. Жаль, что на него у меня пока не находилось ответа. Я задумчиво забарабанил пальцами по подлокотнику. Нет, еще слишком рано делать какие-нибудь предположения. Дождемся продолжения рассказа.

– Ты так и не сказала, кто именно тебе угрожает, – напомнил я. – Тебя пытались убить?

– Я не уверена в этом, – смущенно призналась Таша.

 – Понимаешь, все, кому я говорила про свои опасения, поднимали меня на смех. Мол, нельзя быть такой впечатлительной и во всем видеть злой умысел. Но…

Девушка запнулась, и у нее в глазах вновь отразилось отчаяние. Врете, милая леди, и врете нагло. Если бы ты не была уверена в том, что кто-то хочет тебя убить, то никогда бы не пришла ко мне. И тем более не стала бы пытаться соблазнить меня.