УВМД-1. Семь рыцарей для принцессы

А сам искоса посматривал на Дзюн Мэй, деловито копающуюся в шкафу с открытыми ячейками. В сумку, что она носила через плечо, отправился ремень с метательными ножами и что-то еще, столь же мелкое и столь же смертоносное.

– Дзюн, – Герман позвал ее, – это ведь твое, я прав?

Она кивнула. Молча.

– Кто у тебя забрал… это?

Девушка чуть склонила голову к плечу.

– Декан. Сказал, не положено по правилам. Я против.

Односложная манера говорить импонировала Герману, и он все больше проникался к Дзюн Мэй симпатией, что на него, в общем-то, было совершенно не похоже.

– Да! – он победно вскинул руки, как ребенок, нашедший спрятанный от него гостинец.

Шпага была вставлена в специальный держатель на выкатной стойке, наподобие той, что была на тренировочной площадке. Только оружие в ней все было настоящим, а не деревянным. Шпага поблескивала позолоченной витой гардой, и Берту почудилось, что она действительно зовет его. Он, точно зачарованный, подошел ближе и взялся за рукоять.

– Это она, Герман, – он счастливо захихикал, взвешивая клинок и делая пробный взмах. – Эспада.

– Как ты ее назвал?

– Эспада, – повторил Берт, наслаждаясь звучанием этого слова. – С двойной заточкой, чуть легче короткого меча, но почти такая же опасная. Смотри, как блестит. Ей можно наносить как рубящие, так и колющие удары, – он резко взмахнул шпагой, и острый кончик пронесся в сантиметре от носа Германа.

– Перестань, – проворчал он. – Ты как ребенок.

Альберта это не сильно волновало, он вовсю примерялся к оружию, вполголоса нахваливая его возможности, и даже не замечал, что говорил вещи, которые ему нынешнему не должны быть знакомы.

– Ой, смотри, – он вдруг замер, поднося клинок к лицу. – Тут что-то… Буквы?

Герман подошел к нему, и в тот же миг почувствовал, как по коридору к ним кто-то приближается. Довольно возмущенно приближается, насколько эмпатия Германа позволяла определить.

– Дзюн… – он повернулся предупредить ее, но она и без него что-то поняла. Наклонила голову, точно прислушиваясь, и перетекла к двери, которая без промедления открылась. Черная смазанная тень промелькнула и скрылась в коридоре, чудесным образом разминувшись с Вальтером Гроттом. Герман только и успел, что открыть рот.

Учитель окинул помещение ледяным взглядом поверх очков и угрожающе заложил руки за спину.