УВМД-1. Семь рыцарей для принцессы

Герман прижал друга к земле, огромные фиалковые глаза лихорадочно блестели в сантиметрах от его лица. Представив, что на месте этой бестолковой златокудрой головы сегодня могло оказаться кровавое месиво, Герман почувствовал дурноту. Это неправильная практика. Что-то с ней не так.

– Ребят? – Рене шустро отскочил за невысокую стену. – Живые? Что за ерунда творится? Этого не было в инструкции, чтоб ее!

Голем уже полностью восстановился и вращал головой, выискивая шустрых маленьких противников. То есть вел себя вполне разумно, каким ему быть вовсе не полагалось.

– Гер… – Берт разомкнул побелевшие губы, но Герман уже торопливо поднялся

– План Б! – крикнул он и силком поставил Альберта на ноги. – Соберись, живо. Без твоей шпаги мы отсюда не выберемся. Понимаешь?

Юноша заторможено кивнул. Поначалу казалось, что слова не дошли до его сознания, но потом в глазах появилось понимание. Берт кивнул и поудобнее перехватил эспаду. Герман быстро сжал его плечо и выскочил из укрытия прямо перед големом. Каменная махина уставилась на него пустым лицом с единственным пылающим глазом, голова перестала судорожно мотаться из стороны в сторону – цель была обнаружена.

– Эй, каменный придурок! – Герман сознательно копировал манеру Рене, чтобы быть более назойливым и раздражающим. – На меня смотри, я тут! Эй!

Он помахал мечом, одновременно делая знак рыжему.

“План Б”.

Альберт выскочил следом и метнулся в противоположную сторону и оттуда принялся отвлекать внимание на себя. Если он желает быть полезным, лучшего шанса может не предвидится.

Каменная ножища взмыла вверх, над головой пригнувшегося Германа промелькнула тяжелая ступня. Этот голем был самым крупным из трех и против всех мыслимых и немыслимых правил магии остался “жив” после уничтожения управляющего свитка. Острие шпаги пронзило его насквозь, зачарованная бумага сгорела, даже пепла не осталось, однако голем продолжал двигаться и стал проворнее и хитрее, чем до этого.

– Рене! – Герман проследил за тем, как Берт ловко запрыгнул на руку монстра, оттолкнулся от нее ногами и, приземлившись, откатился в сторону.

Кулак пробил стену, посыпалась каменная крошка. Юноша уже успел подняться и бросился в атаку, бессмысленную, если не знать расположение управляющего свитка, но неплохо отвлекающую истукана. Редкие, несильные удары Германа тоже вносили свою лепту. Ребята как два досадных насекомых кружили вокруг каменной махины и жалили ее.

Рыжий выглянул из-за чудом уцелевшего угла и нацепил на глаза свои нелепые очки.