Под сенью Черной луны (псевдоним: Тата Орлова)

- Предлагаете сравнить себя и сына? – без малейшего намека на восторг поинтересовалась я, когда принц выпрямилсяи посмотрел на меня. Внимательно, изучающее...

- Тем сладостнее будет победа, - вроде как невпопад, улыбнулся он в ответ: - Милость для победителя! – повторил громко, хлопнув в ладони.

Кхар и Джарред встали в разные пары.

Результат был закономерным – мы с Тиной в таких делах редко ошибались.

Глава 2

- Морган? – повернулся Дарк к эрваргардцу, когда на площадке остались лишь двое. 

Стояли довольно близко, давая рассмотреть себя во всей красе идеально подготовленных к битве за жизнь тел.

 А если к этому добавить глубокое, но при этом еще слегка взбудораженное схваткой дыхание, заставлявшее более четко проявляться мышечный рельеф, капельки пота, скатывавшиеся по упругой коже, чтобы игриво скользнуть под пояс штанов, царапины, приковывавшие взгляд...

Устоять перед подобным зрелищем было непросто… кому угодно, но только не мне. Воины клана даже зимой тренировались с обнаженными торсами.

Эрваргардец вместо ответа лишь хмыкнул. 

Не торопясь расстегнул длиннополый пиджак, передал одному из моих сопровождающих, которому я сделала знак поухаживать за яром. Вытянул заправленную в брюки рубашку… задорно улыбнулся, «поймав» мой напряженный взгляд, расстегнув две верхние пуговицы и прихватив за нижний край, стянул ее через голову, небрежно отбросил за спину, точно зная, что поймают.

Позер!

Поднявшись, пошевелил пальцами ног, двинул плечами, шеей… татуировка гему  многозначительно подмигнула...

Татуировка ли это была?!

Мысль оказалась запоздалой...

- Один против двоих, - небрежно бросил Морган, развернувшись к поджидавшей его парочке.

Тина справа напряженно вздохнула, Лукас слевавитиевато выругался.Остальные, исключая Дарка, на выходку яра отреагировали одобрительным гулом. 

Зрелища в секторе Темных любили.

- Эр яр, - резко поднялась я, подошла я Моргану, - это – безрассудство!

Говорила тихо, но, не скрывая своего недовольства. 

Судя по взгляду, мое беспокойство его только раззадорило:

- Милость победителю, прекраснейшая Натали, - склонился он. Волосы ершиком «стояли» воинственно. – Двойная, если победа будет одержана сразу над двумя!

Его требование выглядело закономерным.