Громова дубрава

– Если я могу помочь, почему бы это не сделать?

- Столичные маги никогда не стали бы тратить силы на подобные действия.

- Не сомневаюсь, - усмехнулась в ответ. – Однако тут не столица. К тому же, ремонт моста не менее важен, чем возведение дворца или поддержание погодного купола над полями с пшеницей.

В глазах Нортона был откровенный интерес.

- Скажите, Рамина, как вы оказались в этой глуши? Такая девушка должна блистать на королевских приемах, а не прозябать в мрачном замке среди болот и дремучих лесов.

Я грустно улыбнулась.

- Когда-то я жила в большом городе, Рэй. Училась в магическом университете, потом служила в артефакторской мастерской ковена. Знаете, у меня здорово получалось зачаровывать оружие и украшения. А потом мне надоело горбатиться за лабораторным столом, и я решила попробовать себя в полевых исследованиях. Но после первой же экспедиции началось… это.

- Нападения?

- Да. Мы с группой археологов искали тайник Лостера – сумасшедшего алхимика, жившего пять столетий назад.

Слышали о таком?

- Честно говоря, нет.

- На самом деле, это не важно. Тайник-то мы нашли, однако напоролись на гнездо вурдалаков. В нашем отряде было всего два мага – я и забавный рыжий парнишка из ковена. Эти твари вырубили его первым, и мне пришлось разгонять их в одиночку.

- Разогнали?

- Да, и достаточно быстро. А толку? Потом у меня в глазах потемнело, и я увидела ИХ. После этого магический совет велел мне переехать из столицы сюда и жить здесь до тех пор, пока все это не прекратится.

- Выходит, вы попали под действие какого-то проклятья, Рамина?

Молча кивнула. В памяти тут же возникла жуткая картина, которую я увидела, как только пришла в себя: груда камней, красная от пролившейся крови, и человеческие кости, будто щепки, усеявшие все вокруг.

Не рассказывать же любопытному куэркусу, что под действием проклятья я находилась всегда, а кровососущие мертвецы просто разбудили его во мне…

***

Спустя четыре недели с момента приезда Нортона в Кастель, я была вынуждена признать, что старик Хиззрих оказался прав.

Сэр рыцарь не доставлял мне никаких неудобств, был мил, деликатен, предупредителен. В отличие от своих предшественников, не лез в мои дела, не сверлил спину раздраженным взглядом, ни разу не пожаловался ни на тяжелое серое небо, ни на влажность, идущую от холодных озер, ни на местных комаров.

У меня возникало впечатление, что Рэй этого просто не замечал. Потому что все время смотрел на меня.