Угасший ангел. История Лютия Редвуда. Книга 2

Никогда ему не лечить людей, лишь только убивать всяких слабаков, каким он и является. Но разве стоит это всё жизни такого преданного человека?

Он медленно пошёл по коридорам Миттенсвит, чтобы на практике попробовать воскресить чудовище.

«Активация!»

Несколько десятков стражников были проткнуты шипами из семян, которые заранее за день до свадьбы Ларс рассыпал по их позициям.

Они считали, что он сошёл с ума, а он ехидно смеялся над ними, оставляя невидимые ловушки и притворяясь, что действительно сошёл с ума.

И вот плод его трудов — он смог спокойно войти в пустующий тронный зал.

Пока он шёл, увидел несколько стражников — их искажённые болью лица не было видно за шлемами.

«Бездарная охрана для такого важного события. Наверное, брат собрал всю свою защиту в зале, где проходит свадьба».

Тридцать шестой удар колокола. Ларс только подошёл к дереву, заблокировав все проходы деревянными стенами.

«Мне срочно нужно что-то сделать!» — подумал он и стал действовать.

Сначала он стал делиться с деревом своей энергией, но ничего не выходило.

Ларс всё настойчивее и настойчивее делал это.

Пятьдесят пятый звон, а Ларс всё ещё ничего не сделал и просто глупо делился безрезультативно энергией.

Он стал сильно злиться.

«Будь ты проклят, чёртов мир! Да хоть жизнь мою забери, но возродись и спаси её, мерзавец! Давай же, давай!» — безмолвно молил Ларс.

Тут он настроился действительно на то, чтобы отдавать свою жизнь. И мысленно представил это, спроецировал на своём потоке энергии и...

Стал чувствовать, как жизнь его угасает: тело немело, стало болеть, и как будто кровь его высасывали.

Прозрачный поток энергии покраснел, Ларс стал явно чувствовать, что умирает, стареет, но он не заканчивал, а наоборот, стал ещё яростнее делать это, интенсивнее.

«Желаю всем вам подохнуть в этом зале! За все наши страдания…» — ему стало даже тяжело думать, — «за все… все…»

В какой-то момент он перестал чувствовать силу в ногах и больно упал, но не прекращал передавать свою жизнь дереву.

Восьмидесятый удар! Времени нет! Чудовище не возрождается, а сам Ларс уже не в силах самостоятельно дойти до зала и появиться.

Он лжец!

Восемьдесят шестой звон.

Кайтлин уже совсем перестала обращать внимания на гневный взгляд Габриэля, который негодовал из-за того, что она смотрела на вход, а не на него, напыщенного красавца. Кожа Кайтлин от страха стала такой же белой, как и её платье, глаза увлажнялись, ноги предательски дрожали, а руки свои она бесконечно заламывала.