Только ты

— И вот однажды Джон рассказал мне о тебе, что влюбился до беспамятства и жить без тебя уже не может. Рассказать об этом кому-то мы не могли, нас сразу же изгонят и я умолял Джона забыть все эти глупости, но он только стал на меня огрызаться. Ваша связь длилась каких-то два года, для нас это совсем ничего, мгновение. А затем, кто-то, да я даже не сомневаюсь кто, вас сдал. В тот момент у светлых уже была проблема с нехваткой высших и Бог решив не разбрасываться такими ценными кадрами, как Джон. Решил просто-напросто его наказать!— в его голосе было столько горечи.

— Сослать на землю и прожить эту жизнь с любимой, ты бы видела как загорелись глаза у Джона., я конечно же отправился с ним, не мог же бросить его одного. Но Бог не уточнил, чью именно жизнь и когда ты через три года умерла при странных обстоятельствах, он начал догадываться в чём повод такой щедрости. И его догадки подтвердились, когда через тридцать лет он снова встретил тебя. Бедный Джон вынужден смотреть на твою смерть снова и снова! С каждым разом он всё больше замыкается в себе.

Только сейчас я взглянула на всё это глазами Джона, на его месте любой бы давно сломался! В чём же причина его стойкости, может он нашёл выход из этого круговорота моих смертей?

Габриэль

С самого утра Стефан, как и обещал, уехал по делам, а мне весь день предстояло гонять балду. Это первые мысли, которые посетили меня при пробуждении. И стоило только открыть глаза, как меня накрывает странное предчувствие, тревоги и паники.

Оглядевшись по сторонам и не найдя ничего странного плюхаюсь обратно на тёплую кроватку. Ещё слишком рано, за окном до сих пор полутьма, а на площади Чудес ещё не снуёт народ лишь изредка проезжает конный патруль, зорко следящий за порядком. Нужно отдохнуть, после этого утомительного путешествия, набраться побольше сил и вдоволь выспаться, вряд ли мне это удастся сделать в скором времени. Глаза мои снова закрываются, а сознание уносит в прекрасный мир сновидений.

***

Снова воспоминания, снова новая смерть и ещё одна монетка в копилку боль Джона.

Мне хочется знать, сколько раз он это испытывал. Я иду по большой выложенной камнем улочке, с обеих сторон окружённую домишками в готическом стиле. Меня словно перекинула за пределы окна в спальне Стефана. Необычайный Лондон XVIII века, настолько красив, что в прямом смысле захватывает дух.

Вся улица заполнена людьми, мужчины и женщины чинно, прогулочным шагом передвигаются огромным потоком.