Жизнь ради мести

Приблизившись к непослушной особе, бессмертный властно прошептал:

— Ты сейчас похожа на раненую овечку, которая ослабила собственную защиту… Как ты думаешь, что будет делать волк, увидев одинокую овечку? — подобный неожиданный вопрос немного напугал Леру, но она не могла противостоять аристократу.— Он её съест, — шепнула та в ответ и робко взглянула в хищные глаза, которые словно пожирали её целиком. Девичьи щёки покраснели, дыхание сбилось, а про сердце и говорить нечего… Они и так находились слишком близко друг к другу, но вампир обхватил брюнетку за талию и прижал к себе, сократив расстояние до минимума.

— Верно… Но овечка ведь будет сопротивляться. Что же делать волку? — спросил Вальдо, хватая голубоглазую за шею и притягивая её ближе к своему лицу.— Б-брать то, что он желает, с-силой, — запинаясь, ответила девушка и нервно сглотнула.— Правильный ответ.

      Отвести смущённый взгляд не удавалось и приходилось лишь смотреть в леденящие глаза. Вампир опустился к шее и глубоко вдохнул запах, исходящий от Валерии, отчего та немного вздрогнула.

Когда язык скользнул по её коже, девушка закусила губу и начала дышать глубже, предвкушая следующие действия Вальдо. Но мужчина оторвался от пленительной плоти и взглянул на безумно покрасневшее лицо смертной, которая не знала сейчас, куда себя деть.

— Не сегодня, ведь ты и так потеряла много крови…— Вы надо мной издеваетесь? — тихо спросила брюнетка.— Нет, это ты издеваешься надо мной… Опять сбежала, убила хоть и не настоящего, но главу повстанцев… И эта выходка с утра была просто отвратительной.

— Джиллес чувствовал, как сильно бьётся девичье сердце, и видел смущение на её лице. По правде говоря, это ему безумно нравилось.— П-простите меня, Вальдо, — подняв голубые глаза, молвила Алвайс.— Я подумаю над этим.

Одни, влюбляясь, считают свою половинку собственностью, другие перестают принадлежать себе.

Глава 16

Ревность возбуждать одной любви пристало.Пьер Корнель***

Ревность — всего только глупое дитя гордости или же болезнь безумца.

Пьер Огюстен Бомарше

      Валерия сидела в кабинете Основателя, разглядывая свои перемотанные бинтами руки и ноги. Девушка в шутку называла себя мумией, хотя сейчас было не до веселья. Вальдо обещал, что придёт и поговорит с ней о недавнем поступке, который так ошарашил его своей неординарностью. Только вот сердечко брюнетки как-то неспокойно покалывало, а это было не к добру.