Волчья книга. Том II. Амарант

Врезалась в деревья. Опять падала. Была очень шумной. Меня за километр слышно. Бесшумность хищника пришла не сразу. Но я научилась уживаться с размерами зверя. Научилась подавлять жажду крови. И полюбила себя. Мне нравится быть сильной. Очень нравится чувствовать эту звериною первобытную силу, что живёт под кожей вместе с шерстью и клыками.

Независимость даёт много преимуществ. А охота открывает тебя с иной стороны. Будь я волчицей с самого начала, не потребовался бы урок в морге. Я бы вскрыла Алхимика одной рукой, он даже не понял бы, что произошло.

И в этом проблема. Как только уеду отсюда — придётся скрывать, кто я такая. Редкость моего состояние делает ценной для таких, как Демьян. Да для всех. Потому что волчицы, которые умеют превращаться полностью, чаще всего бесплодны. У них нет месячных, их век короток и сравним с человеческой жизнью. А я могу рожать. Я полноценна, это делает мою жизнь во сто крат сложнее прежнего. Ещё повезло, что запах волчицы исчезает, когда принимаю человеческое обличие, хоть никто и не может понять, как это происходит.

Но это не делает будущее простым. Стоит только возбудиться от любого толчка — и вторая суть выходит наружу.

Но я не жалею. Ни о чём. Здесь, среди вечных лесов, стала лучшей версией себя. Но там, за перевалом может случится, что угодно. Поэтому просто пытаюсь наслаждаться тем, что есть сейчас.

Охота — это в первую очередь ожидание. Когда услышишь, как медленно ступает твоя жертва. Дыхание, биение сердца, хруст снега под копытами оленя.

Напряжение нарастает. Адреналин и желание на самом кончике языка. Миг — и я прыгаю вниз.

* * *

— Ты молодец.

Вельямин помогает закапывать останки зверя, чтобы не оставлять следов для более крупных хищников. С уходом диких, к кромке леса скоро начнут возвращаться иные сущности. Следы некоторых из них охотники обнаруживали совсем неподалёку от бывшего места стоянки ушедших волков. 

День только-только подходит к полудню. Солнце жёлтой грядой освящает всё вокруг, добавляя золота тёмным волосам, заставляя щуриться.

Я обтираю лицо щиплющим снегом, поднимаюсь с колен, вставая рядом с альфой. Мы оба смотрим на небо, впервые оставшись за пределами замка наедине.

— Приятно это слышать. Спасибо.

— Я серьёзно, — разобрав плохо скрытый сарказм, заметил он. — Ты всему быстро учишься. Язык, охота, придворный этикет, землеустройство, история, да и на тренировках показываешь отличный результат.