Волчья книга. Том II. Амарант

Волевой подбородок украшен сетью старых тонких шрамов, как паутинка, доходивших до шеи. Будто кто-то маленький как кошка царапал его лицо. В плечах он такой же ширины, как и отец. Они похожи, но сын светлее, судя по всему он ближе к своему второму отцу, Грону. Это не бросается в глаза, но видно по тому, как он глядит на отца. Словно обвиняя его в том, что другой умер.

За ужином царила холодная отчуждённая обстановка. Никто не пытался разрядить её. Вяло ковыряя в тарелке прекрасно приготовленный стейк, с удивлением понимаю, что совершенно не голодна, хотя весь день не ела.

Взгляды, которые бросал на меня Вальт, отбивали весь аппетит.

— Так значит вы прибыли через портал, как и Ольга? — неожиданно спросил он, прожевав очередной кусок мяса. Он поднял руку и жестом показал на свой бокал, чтобы слуга подлил вина.

— Да, ведь он для этого и создан — уводить женщин из мира людей, — я улыбнулась, стараясь говорить, как можно чище — из-за акцента речь могла звучать так, будто мямлю. А мне этого не хотелось.

— Счастья женщинам это не приносит, — процедил он, слегка скривив губы.

Задрав подбородок, посмотрел на отца. — А вы, отец, довольны?

— Чем именно, сын? — Вельямин внимательно наблюдал за отпрыском, разделавшись с ужином, медленно допивая вино. Его не особо интересовала еда, поведение Вальта было важнее.

— Ещё одна из рода людского, — Вальт холоден, в глазах лёд. — И опять неприятность. В ваших письмах было полно бед. Несчастливый год.

— Райво мёртв, — медленно выговорил Вельямин.

Звякнула посуда, парень отвёл взгляд, чтобы не показать, как повлияла на него эта новость.

Он сделал несколько глотков вина и ответил почти нейтрально:

— Рад это слышать. Жаль, что потребовалось пять лет. Из-за этого безродного пса потеряли почти всю семью. Грон, Ольга, теперь и Ахлик с Броной, даже Дельмир умер. Когда в столице узнают о наших бедах, с нами перестанут считаться.

— А ты не болтай. Важно только то, что говорит наш король.

— Он… будет несдержан, — Вальт запнулся, в голосе появились сомнение и тяжесть.

Такова сила королевского альфы. Никто, из сидящих за столом, никто, кто приносил присягу Демьяну, не может даже подумать плохо о короле. Вот такая власть в мире волков.

— Король справедлив, — скупо отвечает Вель, отодвигая бокал в сторону.

Я молча наблюдаю за их диалогом, понимая, что ничего не могу сказать. Я посторонняя. Опасная. Неизвестная. Кто я такая? Почему Вельямин так относится ко мне? По глазам Вальта вижу все его невысказанные вопросы.