Волчья книга. Том II. Амарант

Да и умывание сплошная мука — всё время забываю, что правая рука не работает как надо, а левая вообще не способна выполнять небольшие задачи. Мне предстоит долгая дорога к привыканию и смирению. А пока служанка ухаживала за мной как за ребёнком.

Мы направились вниз минут через двадцать, хотя понятие время здесь не существовало. В столице да, есть и часы, и минуты с секундами, но здесь только четыре слова: утро, день, вечер и ночь. Никто никуда не торопится. А ожидание измеряется в желаниях кан-альфы. Сложная система, которую пока не смогла разобрать.

Кроме Хельги, кан-семья состоит из Вельямина Могронум, главы семьи и её отца, Ахлика, брата Вельямина, Броны, жены Ахлика, и Вальта, сына Вельямина, который находится в столице. Это семья местной власти, отвечающей за северную часть дальних пределов, Северного замка, имевшего живописное название Корнголик-ан. Приставку «ан» носят все замки-крепости, сдерживающие дальние пределы.

Завтрак как обычно ожидал в малой столовой, куда допускались только члены семьи и дорогие гости. Я узнала, что семья Армана, Гарнто, очень котируется в этом мире и занимает высокое место в ближнем кругу короля-альфы. Поэтому я и здесь имела некоторые привилегии.

Кроме меня и служанки Лидии, в комнате никого не было, что несколько расстроило, но позволило нормально позавтракать отвратительной на вкус и вид кашей, а также яичницей и свиной отбивной. В этом мире нет вегетарианцев.

Каждый день, я узнаю что-то новое об этом мире. Сейчас зима, поэтому свободного времени у слуг и Хельги больше, и они делятся со мной информацией, активно обучая своему языку. В этом мире языков почти столько же, сколько и королевств. А язык «демьянер» похож на наш английский, и это косвенно подтверждает те легенды, которые рассказывал Арман об истории семьи Демьяновых.

Вместо привычного чёрного чая, здесь использовали настои на травах, горькие на вкус, но полезные для организма. Десерта в моём понимании не существовало в природе. Соль и сахар переправляли весной и летом торговым путём через горы, но в таком малом количестве, что сладости были доступны только по праздникам. Считай почти никогда.

Единственное, что уберегало от тоски — понимание, что эти стены — единственное, что стоит между мной и дикими.