Волчья книга. Том II. Амарант

Я как-то не задумывалась, что в сказочном мире могут быть настолько приземлённые вещи, как стирка, уборка, ремонт и готовка, и много других прозаичных дел. Короче — бытовуха. Работа, скука и вера в сказки. Не даром они столько их сочинили.

Я умудрилась вытащить книгу словно посвящённую моему сну. В ней шла речь о прародителе местных оборотней. Гигантском духе, из пасти которого вышли первые волки. Это была всего лишь сказка, ничего более. Её цель — преподать урок смирения перед двойственностью своей натуры. Урок принятия себя в обоих обличиях.

И как в моём сне, главные герои сказки, склонили головы перед прародителем, принимая второе я и превращаясь в прекрасных и могучих зверей, побеждающих врагов-драконов.

Странное послевкусие осталось от книги. Словно получила ответ на ещё незаданный вопрос.

* * *

Это был час, когда собралась идти к Михо. Только-только спустилась по лестнице, кряхтя как старушка и мысленно сетуя на слабость тела. Господи, ну что за наказание? Как я могу обладать силой и быть при этом такой слабой? Уму непостижимо!

Я услышала крики и шум в главном зале, а когда доковыляла до него, там уже никого не было кроме охранника.

На вопрос, что случилось, он замялся. По его растерянному и напряжённому виду было ясно — случилось что-то плохое.

— Смотрящий увидел лошадь, — тихо ответил он. — Она кружила по полю и кажется на ней был всадник.

— Вельямин? — сорвалось раньше, чем успела подумать.

Охранник тут же выключился, будто и не трепался секунду назад. Переложив руку на рукоять короткого меча, слегка задрал голову.

— Мне не положено с вами разговаривать, — ограничился он.

— Но вы уже говорите, — фыркнула раздражённо, про себя раздумывая — топать вниз или здесь дождаться?

Осталась в главном зале, чинно сложив руки в замок на столе. Мимо проходящей служанке велела принести что-нибудь вместо обеда. Умные мысли подсказывали — впереди ожидаются осадки в виде клыков, когтей и кровавых дел. К ним следует подходить не на голодный желудок.

Вот так и начинаешь по-новому жить.

Привыкаешь, планируешь и уже предсказываешь будущее, совершенно не задумываясь, что так нельзя. Что так не живут, а выживают. Видимо я слишком близко к сердцу приняла слова Армана. Уже не могу иначе.

* * *

Я всё ещё была в главном зале, когда на носилках внесли Дельмира. Его правая рука безвольно свисала вниз, чуть-чуть не доставая до пола, открытая грудь, крепко-накрепко перебинтована и сквозь серые тряпки уже проступают первые кровавые следы.