СинтеZ

Миронов не хотел, чтобы его спасали. Одна часть души рвалась в бой, чтобы доказать свою силу, а другая хотела сыскать гибель. 

– Нет уж, я пойду с тобой.

– Ещё не понял? Ты мне живым нужен.

 Тина захлопнула дверь с той стороны и провернула ключ в замке прежде, чем Каил пошевелился. 

От досады он ударил кулаком по стене. Растекающаяся по телу боль отрезвила разум, в котором прежде бурлило недовольство. Миронов распахнул окно и ощутил поток морозного ветра. Высунув на улицу голову, он с радостью обнаружил, что второй этаж не так далеко расположен от земли, но, к сожалению, и не так близко, как хотелось бы.

При неудаче можно сломать конечности или приземлиться спиной на камень и стать инвалидом. Если бы Каил не порвал вчера одеяло, то мог сейчас соорудить неплохой канат, но оставшийся кусок, которым укрывался, не годился даже чтобы завязать глаза. 

Накинув на себя одежду, он ещё раз выглянул в окно и, убедившись, что стрелявших нет поблизости, сиганул вниз.

Второй полёт удался лучше, чем первый, и Миронов не почувствовал себя ломтем мяса под отбивным молотком. Сугроб смягчил приземление. Каил бодро встал и отряхнулся от снега.  Он направился в сторону выстрелов, желая, если не поучаствовать, то хотя бы поглядеть. Он гадал, кто связался с медиками. Ясно одно – тот, кто сунулся в муравейник, кишащий вооружёнными отбросами, определённо туп. 

Выстрелы удалялись, и Миронов уж было решил, что пропустит всё веселье, как вдруг кто-то зажал ему рот и, заломав руки, потащил к подъезду.

В голове промелькнули разные способы высвобождения, но все изначально обречены на провал. Он даже пожалел, что не задержался в «Синтезе», где подучили бы хоть элементарным приёмам. 

Некто затащил в подъезд, захлопнул дверь и прижал Каила спиной к стене. В темноте Миронов не мог разглядеть похитителя, и от этого становилось ещё более жутко, как если бы кинули в одну камеру с хищником и заставили драться с закрытыми глазами.

 

Сердце колотилось, и не хватало воздуха. Дрожь объяла колени. Каил слышал, что нельзя бояться того, чего не видишь, но, оказалось, воображение способно рисовать картины гораздо страшнее реальности.

Он почувствовал знакомый сладко-медовый аромат, исходивший от противника. Либо похититель обладал изысканным вкусом, что в корне противоречит пристрастиям колонистов, либо это…

– Ну ты, конечно, нашёл время для прогулок.