Завтра я стану тобой

Либо кто-то использовал на нём заклятие жизненной силы, либо он был ранен не в субботу, а намного раньше, и это – подлог. Подлый подлог с подкопом под меня. Только кому это нужно, если моё имя не гремит?

 На всякий случай я взглянула на дату заключения. Чистое письмо, никаких исправлений. И магическая печать – настоящая, действующая. В чём же дело? Неужели, мир действительно перевернулся и пошёл на меня войной?! Да я обезумлю, если не выясню, что за странные вещи творятся! 

- Вы хотите сказать, – осторожно проговорила я, – что с субботы ваша рана стянулась более чем вполовину?

- Жрицы из актива хорошо отреагировали на денежное поощрение, – пояснил Морино.

– Три часа от меня не отходили.

- Не может быть, чтобы такая громадная рана зажила так скоро, – возразила я. – Покровители даровали жрицам силу света, но не способность творить чудеса.

- Откуда вы можете знать, насколько она была громадной? – Морино развёл руками. Его явно не приводила в восторг тема разговора.

- У меня на руках заключение жреческого актива, если вы не заметили!

 Раздражение, наконец, взяло верх над здравым смыслом и смяло меня, как пергамент.

Я помахала перед лицом Морино заветной бумажкой. Но едва он дёрнул рукой, пытаясь перехватить заключение, отпрянула.

- Жреческий документ, – пояснила я, – не должен находиться в руках занемогшего.

- Я не знаю, как быстро должны заживляться раны, и насколько они опасны, – произнёс мужчина. – Вы здесь лечите, не я. Но повторюсь, что три жрицы вложили в меня все свои силы.

И я не виноват в том, что на мне это затянулось быстрее, чем на других. Все переносят недуги по-разному, выздоравливают – тоже.

- В чём-то вы, конечно, правы, – отрезала я категорично. – Но я тоже родилась не вчера. И работаю уже не первый год. И не было на моей памяти сложной раны, которая затянулась бы за пару дней. Либо я обезумела, господин Морино, либо вы темните.

- Я считаю непозволительным хамством ваш тон, госпожа Альтеррони!

 Громкий голос Морино привёл меня в чувство. Кажется, пытаясь дорваться до истины, я действительно перегнула палку.

Проглотила накипевшее и с силой укусила себя за язык, чтобы промолчать и не нагнетать конфликт. Боль стрельнула так, что на глаза навернулись слёзы. Рот заполнил солоноватый привкус крови.

- Вас, наверное, что-то беспокоит, госпожа Альтеррони? – Почтенные Покровители, он ещё и издевается!

- Не ваше… – запнулась, пытаясь подобрать слова повежливее. – Сейчас мы решаем рабочий вопрос, господин Морино.