Драгоценная

— Хватит уже так на меня смотреть, капитан! Спрашивайте, что хотели, или дайте спокойно поесть.

— Ешьте, лия Армель, ешьте. Все, что меня интересует, вполне может подождать. А вот ваш голод, как и мой… стоит утолить сейчас.

И опять двусмысленный намек, от которого щекам стало жарко. Почему, ну почему при дворе он вел себя совершенно иначе — хоть и язвительно, но отстраненно, а сейчас словно с цепи сорвался? Да если бы тогда льер Идамас был таким вот соблазнительным, загадочным, возможно, я и не совершила бы такую глупость… Хотя на тот момент его социальное положение было намного ниже, нежели сейчас.

Но будь он ко мне более внимательным, возможно, я и не устояла бы. А теперь чисто из принципа не буду поддаваться на провокацию!

Наш ужин подходил к концу, когда в дверь каюты вежливо постучали. Дождавшись ответа, пожилой целитель вошел, кивнул льеру Идамасу и попросил меня уделить ему пару минут.

Осмотром лекарь остался доволен, снова напоил гадкой микстурой, а потом строго-настрого наказал соблюдать постельный режим.

— Льер Идамас, надеюсь, вы присмотрите за исполнением предписания? — уточнил мастер Жизни.

— Непременно… — со всей серьезностью произнес тар Турмалинский, а в обращенном на меня взгляде плясали такие чертенята, что я опять покраснела.

***

Повернувшись на другой бок, я закрыла глаза и попыталась уснуть. Выходило плохо, очень плохо. Близость мужчины вызывала странную дрожь, будто маленькие молнии поочередно били по коже, порождая непонятное томление во всем теле и желание сбежать.

Гнусный тип! Уверена, он подстроил это специально, чтобы отомстить. Да было бы за что! Подумаешь, прилюдно отклонила его предложение руки и сердца. Правда, в очень некорректной форме, но и он хорош! Застал врасплох, вот я, растерявшись, и ответила в привычной для меня манере.

Но ведь столько времени прошло — целых полгода. Все должно было забыться, сгладиться. Так нет же, он решил припомнить обиду! Вот возьму и не поддамся на провокацию. А сейчас надо спать. Завтрашний день обещал быть тяжелым и насыщенным, так что лишние переживания ни к чему.

Стоило закрыть глаза, как воспоминания перенесли меня в имение родителей, в любимую с детства спальню. В распахнутое окно залетел ветерок, приправленный ароматом садовых роз. Скользя по телу, теплый воздух ласкал плечи и шею, покрывая их легкими невесомыми поцелуями. От его дуновения чуть сдвинулся край одеяла, и ветер-проказник замер над вырезом рубашки, словно останавливаясь в нерешительности.