Драгоценная

Разработав совместный план мести и заручившись поддержкой родственницы, я свернулась калачиком и со счастливой улыбкой на лице уснула.

Утро наступило неожиданно рано. Оно чем-то мокрым и холодным толкало меня в щеку, затем сопело на ухо, потом пощекотало, пробираясь под рубашку, чем и разбудило окончательно.

— Ну что, тетушка, вы не передумали? — шепотом поинтересовалась я и потянулась.

— Девочка, я так давно мечтала потискать такого красавчика, что сейчас не откажусь от затеи, даже если передумала ты, — забавно пофыркивая, ответствовала родственница и попросила опустить ее на пол.

Свинка тихонько подобралась к спящему мужчине, обнюхала его голову, ткнулась носом в ухо, лизнула. Чтобы избавиться от беспокоящих ощущений, тар повернулся на бок, и тетушка не преминула этим воспользоваться. Она подползла к его губам, обнюхала их, смешно морща носик, и лизнула.

— М-м-м, Армель… — раздался сонный голос.

Я тут же притворилась крепко спящей, однако больше тишину ничего не нарушало. Я приоткрыла один глаз: Ларион лежал в том же положении.

Для военного он подозрительно крепко спал.

Любимая тетя Аршисса тем временем продолжила исследовать лежащее тело. Аккуратно ступая мохнатыми лапками, она прошлась вдоль груди тара, а затем, поддев край слегка распахнутой рубашки, пробралась внутрь.

— О, — протянул чуть хриплый голос, — ты такая нежная, такая податливая… — и руки стали на ощупь искать ту, что виделась в сладком предутреннем сне. — Постой, не уходи! Побудь еще со мной.

Последние слова я еле разобрала.

Все-таки речь спящего иной раз совершенно непонятна. И тут льера Идамаса постигла оговоренная заранее кара — своими маленькими острыми зубами свинка цапнула его за бок. После этого надо было успеть выбраться наружу и запрыгнуть ко мне на кровать. Так нам виделся план мести накануне ночью, и совсем не так все пошло сейчас.

— М-м-м… Страстная какая! — неожиданно вскрикнул Ларион и резко перекатился на живот, подминая под себя мою родственницу.

В последний момент я удержалась от возгласа «Тетя!», но тар проснулся и так.

Едва успев прикрыть глаза и притвориться спящей, я вся обратилась в слух, толькоуши оказались плохими помощниками в понимании действий Лариона. Он издавал непонятные звуки, топтался и что-то двигал. Не удержавшись, я приоткрыла один глаз, дабы разобраться в обстановке, и вздрогнула. Прямо надо мной нависло суровое лицо.

— Я так и знал, что вы не спите! Что здесь происходит? — Он выпрямился и теперь смотрел на меня с высоты своего роста.