Волчья книга. Том III. Амброзия

Вы больше никогда не увидите своих родных и близких. Вы не сможете кому-либо рассказать о том, что с вами случилось. Вы перестаёте быть частью человеческой системы и попадает в совершенно иное общество. И назад дороги нет. Мне искренне жаль, что это с вами случилось. Но, кроме как помочь вам пережить обращение, я более ничего не могу для вас сделать.

Дав минуту на осознание моих слов, добавила:

— Вопросы?

— Вы издеваетесь? — тихо спросил блондинистый парнишка, неприязненно уставившись на меня. — Такая типа спасительница пришла, да чем ты отличаешься от них?! Нам всем нужна срочная медицинская помощь! Где полиция?! Почему мы всё ещё прикованы к этим чёртовым койкам?!

— Я хочу увидеть свою мать! — добавила ещё одна девочка и волна крика прокатилась по помещению.

Они возмущались. Они гневались. Они молили. Ненавидели меня. Им всем было до чёртиков страшно, и они боялись своего страха.

— Довольно! — прикрикнула, слегка выпустив свою силу, чтобы она как одеяло накрыла каждого, оглушив эмоции, вычистив до спокойствия.

И в комнате вновь стало тихо. — Подумайте вот о чём — что с вами станет, если вы вернётесь в систему? Кем вы станете. Подопытными кроликами? А может вас сразу препарируют как лабораторных мышек? Никто из вас не в безопасности. И в этом нет моей вины. Вы всё ещё прикованы потому, что скоро здесь вместо детей будут звери. Оборотни. В этом шкафчике оружие с транквилизаторами. Они планировали выживших усыпить и увезти отсюда туда, где вас можно было бы использовать. Как? Я не знаю. Может кто-то из вас в курсе? Вот ты спрашивал о Коре. Почему?

Парень смущённо отпрянул к стенке, оказавшись под пристальным вниманием всех в комнате.

— Она была добра ко мне. Обещала, что моя жизнь скоро изменится к лучшем.

— Она всем нам это обещала. И что получилось? Дерьмо, — меланхолично заметила веснушчатая девчушка, опустившаяся обратно на кровать и приложившая руки к взмокшему лбу. Она дышала прерывисто и устало.

— Я не могу гарантировать вам того же, — я прислонилась к стенке, скрестив руки на груди.

— Более того, кто-то из вас точно умрёт этой ночью. Мне кажется, вы сами знаете, кто это будет.

— Тогда зачем вы здесь? Зачем пришли? Какой в этом смысл? — вновь вступил блондин. Подавившись следующими словами, он перегнулся через край койки и его вырвало желчью в жестяное ведро.

Волки не были добры к своим новобранцам. Вместо удобств у каждого было такое ведро. Рядом литровая бутылка воды.