Волчья книга. Том III. Амброзия

В конце пути, у меня в руках осталась небольшая резная шкатулка, украшенная в русском стиле, как раз для маминых украшений, а для отца приобрела портсигар и старинную французскую книгу по медицине с выполненными вручную иллюстрациями. А себе широкий шарф из кашемира и янтарную камею, внутри которой вплавлен маленький фиолетовый цветок. Аконит. Мне показалось, что в этом есть какой-то смысл.

Она нашла меня, когда уже по кругу обходила рынок, присматриваясь, где бы перекусить. Эта пожилая женщина с резкими восточными чертами лица, худощавая с подкрашенными чёрными бровями и пронзительными тёмными глазами.

На голове тёмно-синий платок, а на теле множество одёжек, как будто она капуста. И как ей не жарко ходить так укутавшись в шали и тряпки?

Цыганка схватила за руку как бульдог, вцепилась, пододвигая меня к своему лицу. Смотрит с прищуром, тонкие крашеные красной помадой губы недовольно искривлены, она хмурится, глядя в глаза.

— Я погадаю тебе, — не вопрос, а утверждение, и сразу выворачивает мне руку наружу, нажимая на ладонь так, чтобы она полностью раскрылась.

— Я всё вижу, девочка, — заговорила она, когда не стала сопротивляться или возмущаться. Поэтому и голос смягчился, речь потекла плавной водой:

— И что было, что есть и что будет. Много боли, много слёз в прошлом. Тебя предавали, ты предавала. Было страшно. Они все что-то хотели от тебя, а ты им ничего дать не могла. И становилось только хуже, — она перевела взгляд с одной руки на другую, проведя пальцем вдоль одной из линий.

— Вижу смерть. Ты потеряла любимых. Один умер, другой ушёл. Сердце было разбито. Кто был рядом? Кто склеил его?

Я помрачнела, не понимая, о чём она говорит. А когда хотела спросить, та мотнула головой, продолжая:

— Потеряла человечность девочка, вернулась уже женщиной. Много опыта приобрела. Друзей верных нашла. Думаешь, что всё знаешь и понимаешь? Нет, — она вновь качнула головой, и неожиданно больно нажала на руку и со всей силой потянула к себе, вынуждая наклониться.

Прислонив рот к моему уху, зашептала: — Придёт другой. Сильный. Злой. И ты пойдёшь за ним, как за своим. Не впуская в сердце любовь, впустишь ненависть. И тогда всё потеряешь. Ничего не приобретёшь.

Резко отстранившись, возмущённо воскликнула:

— Да о чём ты говоришь, старая? Что за бред несёшь?!

Она ухмыльнулась, широко раскрыв рот и продемонстрировав золотые зубы.

— В одиночку не выживешь, маленькая волчица. Без любви — нет будущего ни у кого.

— Как ты?..