Амэл. Тетралогия

Местами её руки шею и грудь покрывала золотая чешуя, что играла в полумраке в сочетании с золотыми волосами. Вслед за ней вышло ещё несколько девушек, они весело смеялись и пританцовывали в такт музыке, а когда их набралось не меньше дюжины, они начали подзывать мужчин. Те были не в восторге от танцев, но не в состоянии отказаться от зазывных предложений девушек с неохотой выходили танцевать, позволяя молодым девушкам выводить себя за руку.

У Сафиры блестели глаза от восторга, переполнявшего её изнутри в тот миг.

Костюмы девушек так же были роскошны и прекрасны, переливаясь от цвета золота, до водных бликов. Со стороны могло показаться, что платья состояли из воды, но при ближайшем рассмотрении в ткани угадывался лёгкий шёлк, что перетекал плавными линиями из одного цвета в другой, создавая подобный эффект.

Плечи и запястья девушек украшали золотые нити. С плеч нити перетекали в прозрачные, с едва заметным голубоватым оттенком, крылья. Казалось, что вот сейчас в танце они смогут взлететь стоит лишь захотеть этого.

Теперь Сафира радовалась тому, что согласилась полететь сюда, но тревога за Сарьен никак не покидала девушку. Она неосознанно осматривалась по сторонам, ища в толпе девушек, но тех не было.

— Тебе неинтересно? — полюбопытствовал Аарон, склонившись ближе.

— Н-нет. Просто задумалась. — Отмахнулась она. — Сарьен и Орисы до сих пор нет.

— Не думаю, что они вообще придут. Хоть для Сарьен это и любимый день в году. Она даже свой день рождения не любила настолько как этот праздник.

— Может, стоит поискать её?

— Думаю, сейчас она хочет побыть одна. — Сказал Аарон и взглянул куда-то в толпу. Проследив за его взглядом, Сафира увидела, Орису на другой стороне площади. Он смотрел прямо на неё, а она в ответ не сводила с них двоих пристального взгляда. На лице мелькнула тень разочарования, покачав головой, она обошла площадь по кругу, подойдя к Аарону. Спрятав руки в широких рукавах плаща, она просто встала рядом, не сказав ни слова.

Музыка не смолкала до глубокой ночи.

Некоторые праздновали даже с наступлением раннего утра. Они распевали весёлые песни на даркарском, а после весело смеялись всей компанией. Слышались их заливные голоса, кажется, ближе к утру даже произошла пара драк и, увы, не в низшем облике. Драконы сражались в истинных обличьях из-за всякой ерунды. Вот это было действительно серьёзно. В одной драке они разнесли приличную часть домов, в основном тех, что нерадивые хозяева не удосужились заколдовать.