Смотрители Перекрёстков. Книга третья

Но каждый понимал, что если Дракон примет какое-то решение относительно юноши, то обязательно сообщит об этом. А так – если молчит, значит, еще ничего не решил. И торопить Дракона – самое глупое из того, что можно только придумать.

Через час, увидев как нетерпеливо ёрзают в креслах и поглядывают на дверь Эльфы, торопящиеся побыстрее вернуться к своим возлюбленным, Максимилиан, махнув рукой, отпустил их:

– Идите уже. А то дыры в креслах скоро протрёте.

– А ты? – замер на пороге Богомол, уже взявшийся за ручку двери.

– А мне торопиться не к кому, – грустно усмехнулся Дракон, – посижу еще немного, поразмышляю.

– Как ты думаешь, что будет с этим мальчишкой? – спросил брата Иона перед тем как свернуть в правое крыло замка, где его уже дано ждала в своей комнате Джингл.

Богомол прекрасно понял, какого мальчишку имеет в виду брат. Но никаких, даже приблизительных, предположений у него не было.

Подросток повёл себя непозволительно! И выхода из этой ситуации было только два: либо Дракон его накажет, либо простит.

Но вот в том, что Драконы в принципе способны на прощение – сомневались оба эльфа. По крайней мере, на их памяти не было случая, чтобы кому-то сошло с рук подобное. А потому строить догадки – было пустой тратой времени.

Братья разошлись в разные стороны, отправившись каждый к своей избраннице.

***

Богомол выполнил все указания Ильи.

Ровно в половине восьмого утра он вошел в электричку и занял место у окна по левую сторону вагона.

Ехать предстояло часа полтора, но лучше сразу обеспечить хороший обзор.

Гуднув на прощание вокзалу, электричка бодро застучала колёсамипо рельсам, унося Эльфа на восток. Где-то там, над морем, совсем скоро встанет солнце.

Восход Светила сегодня Богомол снова пропустил.

Деревушку, на околице которой возвышался едва заметный холмик, Богомол едва не проглядел. Таких сёл по пути следования ему попалось несколько, но ориентиром было так же время пути, а потому Эльф, даже заметив за окном что-то похожее, продолжал ехать дальше.

Из задумчивости и созерцания заснеженной степи, раскинувшейся за окном вагона, его выдернула громкая фраза одного из пассажиров:

– Почти доехали! Еще две остановки – и конечная.

Электричка начала притормаживать у какого-то полустанка, и Богомол, не имея времени о чем-то спросить у громогласного пассажира, рванул к выходу.