Меня обещали демону

Да это ее надо изолировать от общества!

— Так, Олеся, если бы до конца обучения не оставалось полтора месяца, я бы непременно тебя сейчас отчислила. И никакие деньги твоего отца тебя бы уже не спасли, — взбешенно шипела Ирина Абрамовна, упираясь кулаками в стол. Ее тонкие ярко-алые губы стали еще тоньше и почти исчезли.

— Да я не виновата! — закричала девушка.

— А у Маргариты ты попросишь прощения.

— И даже не собираюсь, — замотала головой Олеся, отступая к дверям.

— Накажу, — пригрозила директриса.

— Да наказывайте, — хмыкнула девушка.

— Олеся! — теперь пришла очередь Ирины Абрамовны кричать. Как же ей надоели эти избалованные дети! Выпороть бы их, как следует, да потом родители засудят. Одно успокаивало — зарплата. В обычной школе даже десятую долю не платят от того, что она получала здесь.

— Да хоть неделю.

— Я поговорю с твоим отцом, — пообещала директриса и снова села в черное кожаное кресло, которое мягко под ней спружинило. Олеся только хмыкнула. Ему не было до дочери никакого дела. Так что наказания или выговора от родителя можно не опасаться. — Иди. Завтра приступишь к дежурству. Если не явишься в столовую к семи утра, пеняй на себя.

Что еще могла придумать в качестве наказания Ирина Абрамовна, не знали обе. Ну двор подмести, полы на этаже помыть. Так Олеся делала это столько раз, что вполне могла бы после школы идти в дворники или уборщицы.

— Иди, — махнула рукой нетерпеливо директриса, не глядя на девушку. — И не забудь попросить у Маргариты прощения.

— И не подумаю, — хмыкнула девушка и хлопнула дверью.

Выйдя из кабинета директора, девушка постояла пару минут, раздумывая, а потом направилась в медпункт. Медсестра Галина Романовна хоть и была почти ровесницей Ирины Абрамовны, но выглядела на порядок старше.