Сделка-2. Бездна

— Он все равно сделает по-своему. Баран упрямый.

Я неодобрительно покосился на Ольгу. Почему-то мне казалось, что она должна выказывать немного больше уважения к своему мужу и королю.

— Я не думаю, что подобные высказывания насчет его величества уместны, — я не отводил взгляда от Артура, который ухитрился свалить Керна на землю и теперь сидел на спине соперника, старательно выворачивая тому руку, взятую в болевой захват. При этом он наклонился и что-то яростно шептал на ухо парню.

Сам же Артур выглядел не лучшим образом.

Его лицо было залито кровью. Правая бровь рассечена, а на скуле наливался цветом огромный синяк.

— О, тебе никто не говорил, что быть занудой уже не модно? Брал бы пример со своего патрона. Он когда с Зангелем пообщался, почти на человека начал походить. Не ошибусь, если скажу, что феню Артур понимал к концу нашей встречи без переводчика, просто стеснялся демонстрировать свои новоприобретенные знания.

— Это неправильно, — я покачал головой. — Дело не в занудстве, дело в том, что эта драка.

.. Это неправильно. Так не должно быть, и даже не потому, что мой господин является еще и ко всему прочему королем, а потому, что он рыцарь, а рыцарю не пристало... вот так... с севром.

— Он однажды мне сказал, что принцы крови никогда не бывают зерцалом рыцарства, планида не та, не с золотым нимбом, а фиолетовая в крапинку, — ее задумчивый голос и странные рассуждения заставили меня оторвать взгляд от своего короля и посмотреть на ее величество. — Послушай, Артуру сейчас тяжело, ему даже тяжелее, чем мне.

А для меня Костя — это все. Это то, ради чего я вообще... — она закусила губу, а я в который раз удивился, каким образом Артур ее вообще заметил.

Насколько я помню, одиночество его величества скрашивали такие дамы, рядом с которыми Ольга... Нет, нельзя так думать, тем более, что Артур, похоже, действительно видит в ней что-то особенное. На него даже почти неземная красота знахарки не произвела особого впечатления. Да и вообще, еще в свою бытность Фарли, Артур славился своей холодностью и равнодушием.

Его рекорд по отклоненным дуэлям так пока не смог побить никто. Ни одна женщина не смогла заинтересовать его настолько, что он потерял бы голову. Тем более странной выглядела эта безобразная драка, в которую он ввязался со страстью, с упоением, наслаждаясь, казалось бы, даже своими ушибами.

— Я не совсем понимаю, что вы хотите сказать, — я внимательно смотрел на Ольгу.

— Ему нужно выпустить пар, — она пожала плечами.