Сделка-2. Бездна

К одному из стульев Артур привязал все еще находящегося в прострации демона, который в этот момент сидел и тряс головой, видимо пытаясь таким образом заставить себя лучше соображать, использовав в качестве веревки его же собственный плащ, разрезанный на несколько частей. Похоже, голова у демона просто чугунная — упасть с такой высоты, да вниз башкой и отделаться легким сотрясением... Да он счастливчиком был, пока с нами не встретился.

— Гвен, посторожи нашего друга, а я пока крышку закрою. Не нужно, чтобы хозяева что-то услышали, это не их дело.

Контракт мы выполнили, сомневаюсь, что данный индивид когда-нибудь еще раз побеспокоит достопочтимых Норвиелей. А нам нужно очень многое у него выяснить.

Я кивнула и подошла к демону, наставив на него кинжал, который вручил мне рыцарь.

— Твой хахаль что, серьезно думает, что я ему что-то расскажу? — демон пришел в себя и решил, по всей видимости, что лучшая защита это наглость, и принялся качать права и пытаться наезжать на меня по-полной.

— Почему думает? — я усмехнулась, вспомнив реакцию Джорджика на Артура, когда тот опознал в рыцаре Стража Храма.

— Он это знает. Ты, милый, расскажешь абсолютно все: и что точно знаешь, и что в этот момент вспомнишь, и даже то, чего и не знал никогда.

— Открою тебе страшную тайну, подруга, но разговорить меня может только служитель Храма здешнего Бога, да и то, если он большой святости разумный. А твой приятель, уж поверь, на святошу не похож. Обычный наемник, хоть и маг. Мне даже стало интересно, как именно он будет меня пытаться разговорить.

Пытать? Фи, это даже как-то несерьезно, пошло слишком.

— Ну что ты, — я ласково улыбнулась нашему пленнику. — Ему не нужно быть служителем здешнего Бога. К тому же, теперь я открою тебе одну тайну, это божество так себе, на троечку, он даже не почешется, чтобы как-то помочь своему жрецу. Но этот наемник, является кем-то гораздо худшим, во всяком случае, для тебя.

— Да ладно, — демон расхохотался. — И кем таким грозным он может являться?

— О, пусть это будет для тебя сюрпризом, недоверчивый ты мой, — мой голос просто источал патоку.

Еще немного и я в кому впаду от избытка ванили.

Артур в это время справился с крышкой, плотно закрыл ее, и не спеша подошел к нам.

— О чем вы так мило беседуете? — спросил он равнодушно. Если бы я не знала точно, какие бури сейчас бушуют в душе рыцаря, то даже я сочла бы, что ему действительно все равно, и спрашивает он исключительно для проформы.