Элизабет.

Вся боль собранная скрупулезно во всех своих проявлениях в одном месте в одном лишь теле. И хочется кричать – так больно. И спазмы душат, не давая воздуха, судороги мышц стальными тросами опутывают тебя всю. И ты уже понимаешь что «сходила» опять под себя, открываешь налитые кровью глаза, и…. Опять, опять осточертевшая комната и осточертевший потолок. Нянечка и медсестра с трудом переворачивают тебя, меняя простыни, пододеяльники. Воздух пытается облагородить дезодорант, но тщетно. Запах смеси становится таким отвратительным, что спазмы вновь вызывают рвоту, и снова тебя всю выворачивает наизнанку, вонючая не переваренная пища с желчью и кровянистыми сгустками фонтаном заливает свежие постельное бельё.

Судороги во всём теле. Падает задетая банка с мокротой и комната превращается в приёмные покои – ада. Слёзы бессилия и боль. Тошнота и булькающий кишечник, горячая жидкость между ног, и одна единственная мысль – «Господи… скорее бы конец»! Но конца нет, нет и нет! И снова как всегда, вдруг, просыпается злость на весь белый свет: на Солнце за окном, на зелёные листья платанов, на весёлое чириканье воробьёв, на предупредительно-вымученные улыбки обслуживающего её персонала, на эту проклятую науку, и этих проклятых докторов которые – ничего, ничего не могут… ни черта не могут, на ту жизнь, которая рядом, там – за окном, или тут – лишь протяни руку. Но нет! В той жизни ей уже нет места, кроме… этой проклятой комнаты с проклятым потолком. Есть лишь один лучик света в этом нелепом объеме, состоящем из кровати, шкафов, стен, и потолка – придурошный «шаман» Алекс. Тот самый Алекс, которого она когда-то мучила своей красотой, своей улыбкой, откровенными намёками на близость, и… ничего не дала, ничего. А он не смотря, ни на что остался с ней, один из сотен, казалось бы, близких друзей и подруг. Приходил по её первому зову и, своими дурацким языком озвучивал светские байки так, как это не мог делать вообще никто. Своим наигранным недоумением голосом изобилующим смешными междометиями и клоунскими гримасами подражающими того или иного человека – «друга или подруги» он вытаскивал её в это подобие прошлой жизни – повелительницей которой она была, и она на некоторое время забывала о себе, о боли, о смерти. Она вспоминала, что относится к числу богатейших людей на этой планете. Что во всех солидных университетах страны, умнейшие умы бьются над разрешением загадки её необъяснимой с научной точки зрения – болезнью.