Свадебное ожерелье

Вспомнились долгие ночи в детстве, когда, лежа на узкой жесткой кроватке, она боялась уснуть, боялась увидеть подобные сны. Нала всхлипнула и прикусила губу, стараясь остановить волну слез. Тихий вздох не укрылся от Максимилиана.

— Эй? Нал? — Молодой человек сел на край ее кровати и на ощупь приобнял девушку за плечи. — Ты чего?

Девушка взвыла, будто прорвало плотину, повисла на шее замолчавшего принца и уткнулась лицом ему в подмышку, щекоча быстрым хриплым дыханием. Макс хмыкнул и пересадил Налу себе на колени, вытаскивая ее мокрый нос из-под руки, и, нашарив одеяло, накинул себе на плечи, соорудив плотный кокон на двоих.

Девушка с силой обхватила его поперек тела, сотрясаясь в тоскливом плаче пополам и воя на одной ноте.

Он что-то говорил ей, быстро шепча в макушку, даже не понимая собственных слов. Ладони чертили круги на вздрагивающей спине, горячей и чуть влажной под тонкой тканью сорочки. Девушка плакала, не слыша и не чувствуя ничего, кроме того страшного детского горя, вернувшегося здесь и сейчас, в маленькой гостинице.

— Нал, все будет хорошо, слышишь?

Нужно было что-то говорить. Много. Успокоительно. Не важно, что именно. Главное — голос и интонация. Большее она сейчас не поймет. Макс вздрогнул, проникаясь странной жалостью к своей нечаянной попутчице.

Он видел ее внутреннюю силу. Нала не жаловалась и не ныла из-за трудностей. За это он был ей благодарен. А еще за то, что попал в эту передрягу не один. В одиночку такое тяжело пережить и принять. Даже осознать сложно.

Их ничто не связывало.

Он уже думал об этом. Будь они там, в своем времени, Макс захотел бы с ней познакомиться. Именно из-за этого он отправился искать девушку и по этой же причине оказался здесь. Но, сложись все иначе, вполне возможно, его интерес был бы мимолетным, быстрым, скоротечным, как и все другие увлечения Максимилиана за последние лет десять.

Здесь и сейчас он был только друг или даже брат.

Простое и естественное чувство. К этому примешивалась нотка тоски по дому. Не по холодным стенам замка в Иналь-Бередик.

Его домом был Сенешвиль. Старое древнее поместье на побережье. Как давно он там появлялся? Год или два назад?

Макс точно знал, чем пахнет его собственная земля. Будто только что побывал там, на бескрайних холмах, усеянных ниточками изумрудно-зеленых виноградных лоз. Его земля пахла сухой пылью, сажей, кисло-зеленой сочной травой дорожек, сладкими разогретыми на солнце ягодами, янтарно-желтыми, с матовой шкуркой.

Он вспоминал и рассказывал все это Нале.