Азартные игры волшебников

Она лихорадочно соображала, как повлиять на взбунтовавшегося темного, но все ее нападки тот стойко сносил, продолжая шагать впереди с видом решительно настроенного человека. — Ни-и-ир?

Ответная тишина больно ударила по ее самолюбию.

Нир двигался своей обычной бесшумной походкой, а фея бежала сзади, как комнатная собачка за хозяином. Она едва поспевала за ним и от этого еще больше злилась. Ноги ее путались в длинной юбке, босые ступни побаливали от недавних приключений. Как только с горизонта исчезла угроза в лице любвеобильного зомби, Ада почувствовала себя жутко усталой, разбитой, а главное, одинокой.

И если первые две характеристики она списывала на старания проклятого герцога, то в последней был виноват исключительно темный слуга. Бывший слуга… Но как же так?!

— Я никуда тебя не отпущу!

— Сил не хватит. Ты такая хрупкая, фея.

— Ах, так? Тогда я натравлю на тебя стражей порядка!

— Дам свидетельские показания с большим удовольствием.

— Я отправлю тебя на каторгу!

— Леди вперед, моя маленькая госпожа.

— А я… я… Я замуж за тебя выйду!

Нир так резко остановился, что она чуть не врезалась в его спину. Но, вовремя выставив вперед ладонь, лишь коснулась пальцами напрягшихся мышц. Мужчина медленно повернулся, приподнял лиловые очки и посмотрел на свою бывшую хозяйку сверху вниз. Затем криво усмехнулся и спокойно проговорил:

— Боюсь, предложение потеряло актуальность, Аделаида.

— И когда же успело?

— Сразу после отказа. К тому же супруга с неоплаченными штрафами в качестве приданого — не такая выгодная партия для вероломного, как ты считаешь, темного, — он подмигнул ей светящимся глазом и чуть виновато улыбнулся.

— Ты же понимаешь, да, цветочек?

— Веро… цве… как?! Как ты меня назвал, морда чернокнижная?! — Девушка бросила хищный взгляд на лопату в руке мужчины.

— Зря ты так ненавидишь темных, — сказал он, предусмотрительно спрятав садовый инструмент за спину.

— А за что их… то есть вас, любить? — Уперев руки в бока, фея сдула с лица светлый локон и гневно уставилась на Нира. Разница в росте ее ничуть не смущала: будучи на полторы головы ниже его, она умудрялась взирать на мужчину так, будто стояла на пьедестале, а он копошился где-то внизу.

— За желание утопить меня в детстве? Или за уроки некромантии, которые больше походили на издевательство?

— Не равняй всех по своему отцу. И вообще забудь о чокнутой семейке…

— Ладно! Забыли о семейке. Лавочник, который меня периодически обирает, тоже имеет темные гены.

— Но он и платит тебе, не забывай.