В лесу нельзя хромать. Падение Солнца

Ты потерял не только контроль, но и разум.

- Прошу прощения…

Вожак гневно царапнул камень. Он приблизился к Скалесу и угрожающе сказал:

- Я ненавижу, когда что-то выходит из-под контроля. Слышишь меня? Сегодня ты совершил ошибку – слишком рано о тебе узнали Лесные, слишком рано. Даже если ты и сказал им, что одиночка, они всё равно могут что-нибудь заподозрить, ведь в их глазах ты слишком юн для того, чтобы жить без защиты стаи. Что ты сделал с девчонкой? Она пыталась заговорить с тобой?

- Она умоляла отпустить её, когда узнала, что я не Горный.

Потом к ней пришла помощь, и мне пришлось отступить… Никто ничего не знает.

- Что ж, уже легче… По крайней мере, есть время придумать тебе легенду… Ты же запутал следы, когда возвращался?

- Конечно. Даже Вирен, их лучший следопыт, не сможет выследить меня. Не волнуйся, отец.

Чёрный волк, кажется, слегка успокоился. В его глазах все ещё искрился гнев, но жесткая шерсть улеглась и губы скрыли смертоносные клыки. Шагая по широкой комнате туда-обратно, Сульфир обдумывал произошедшее.

С одной стороны, его план ощутимо нарушился, но с другой, ничего губительного для него не произошло. Лесным известно только то, что Скалес юный волк-одиночка, слегка похожий на Горных, но это ничего не доказывало.

- Что ж, хорошо, что тебе хватило ума не трепать языком, - наконец сказал вожак. – А насчет волчицы… Кто она?

По прищуренным глазам волка Скалес понял, что ему уже известен ответ.

- Аэра, - ответил он и услышал злорадный смешок отца.

– Дочь Драгура, сестра Вирена, ученица Первородной.

- Будущая ученица, - грубо исправил его вожак.

- Но… она мне так сказала…

- Глупец, и ты поверил этому блефу? Первородная ещё не объявила об этом на Ночи славы, значит, Аэра не может быть ученицей. А впрочем… - Сульфир нахмурился. - Надеюсь, ты не навредил ей.

- Конечно нет, - соврал тот.

- Хорошо. Нам не нужно, чтобы Лесные возненавидели тебя раньше времени. Ты же помнишь, что я приказал тебе?

- Да, отец. Я исполню твою волю.

- Это то, что я хотел услышать, сын мой, - по-доброму протянул волк.

– Главное, чтобы в решающий момент тебя не одолели сомнения.

Поняв, о чем речь, Скалес уверенно посмотрел в испытующие глаза отца.

- Единственное, в чем я сомневаюсь, так это в том, достоин ли я вашей гордости.

И снова громкий злорадный смех эхом отразился от каменных сводов пещеры.

- Мальчик мой, и кто же научил тебя так льстить?

- Мое восхищение вами.

Сульфир снова был доволен.