В лесу нельзя хромать. Падение Солнца

Пока женщина ставила на стол тарелки, готовя всё к завтраку, Аэра устало подумала, что это утро запомнит надолго…

- Как поешь, примешься за уборку. Чердак давно уже пора вычистить, - проговорила та.

Юная ученица застонала. Ей вспомнились слова учителя о том, что после первого же дня обучения у неё не хватит сил, чтобы добраться до дома. Тогда она восприняла их как шутку, но теперь… бежать было некуда.

Вздохнув, Аэра посмотрела на тарелку. В ней лежало что-то непонятное – она такое ни разу не ела.

- Будешь так пялиться на несчастное яйцо, его унесет ворон.

- Так это яйцо? Но оно же… плоское и странное.

- Разбитое и запеченное. Ешь, не бойся.

- Так внутри яйца находятся белые и желтые шарики? – спросила девочка, попробовав.

- Да, верно. Если бы я не разбила его, из желтого шарика скоро родился бы цыпленок.

Аэра поперхнулась.

- Так это… Но…

- Ешь, - строго сказала женщина. – Тебя так смутило, что ты ешь ещё не родившееся живое существо? Хищник жалеет жертву? Забавно.

- Вы жестоки…

- Зато жива и здорова.

С таким заявлением сложно было спорить.

Пока Аэра доедала свою порцию, женщина подошла к Скворушу. Мирно сидящий на печке ворон с интересом посмотрел на неё. Заполучив его внимание, та подняла согнутую в локте руку. Никакого эффекта. Скворуш не понял, чего от него хотят. Зато, когда над рукой появился аппетитный кусочек мяса, он охотно сел на руку и съел угощение.

- Будешь его так учить, чтобы он в следующий раз не вздумал садиться к тебе на голову, поняла? – сказала довольная Первородная.

- Да, учитель, - ответила удивленная Аэра.

Скалес наблюдал с вершины горы как Сульфир уводил волков на охоту. В его голове снова и снова проносилось:

«Три дня… - звучало, как приговор. - Три дня после Ночи славы… А ведь она уже сегодня. Три дня, и я поставлю на кон всё, чего достиг и чего хочу достичь. Нужно успокоиться… В конце концов, я не первый и не последний, кто рискует всем на охоте».

Спустившись по горной тропе к подножью, волк побежал к лесу.

Пока солнце не поднялось и в воздухе витала ночная прохлада, нужно было успеть потренироваться. Вот только привычные занятия не отвлекли его от тяжелых мыслей. Всё быстрее и быстрее преодолевая препятствия, все сильнее и сильнее нанося удары по воображаемому противнику, все чаще и чаще пуская стрелы в мишень, он пытался забыться… Но не получалось.

Солнце взошло над деревьями. Щурясь от его лучей, Скалес неожиданно для себя вспомнил золотистую волчицу.