Мухоморная диета

Едва ручка у двери начала поворачиваться, он мгновенно погасил блюдечко и откинулся на подушки, притворяясь спящим.

В комнату, крадучись, вошла Марфа, неся в руках удавку. Кощей едва не задохнулся от возмущения, сто лет служила верой и правдой, а теперь удавить решила? Номинально он был бессмертным, но это только номинально, хорошенько постараться и даже самый могучий чародей в итоге задохнется. Он всхрапнул и повернулся на бок, чтобы лучше видеть лицо предательницы.

Марфа шла к постели дрожа зубами от страха, а вдруг проснется? Как ей объяснять, что костюм прахом развеялся? Мерная лента дрожала в ее пальцах, но делать было нечего.

Аккуратно, стараясь не касаться хозяина, она приложила ему ленту к груди и потянула ниже.

В комнате вспыхнул свет, а ее руку на уровне своего пояса перехватил Кощей, с удивлением смотря на ленту.

– А я думал, ты меня удавить решила…

– Вас, Константин Олегович, легче сковородником пришибить! – Марфа перевела дух и вырвала свою руку из захвата.

– Костюм ваш давно из моды вышел, хотела сюрприз сделать, новый пошить. А как шить без мерок? Вдруг жирок нагуляли? Вот и пошла ночью на грех, а вы удавить…

Кощей начал трястись, с трудом сдерживая хохот. Нет, ну придумают же! Сюрприз!

Вдруг ему пришла в голову отличная идея, он подскочил на кровати, схватил служанку за лицо и повернул к лампе.

– Кожа ровная, глаза не косые! Марфа, едешь со мной на праздник!

– Ик! – ответила служанка, пытаясь вырваться из его хватки.

– И не икай мне тут! Жалованье получишь с прибавкой. Мне нужен человек, который сможет меня сдерживать, если я чересчур разойдусь. А ты со мной уже долго, привыкла и не пугаешься. Так что снимай давай свои мерки и не забудь себе платье сшить! А уж драгоценностями я тебя обеспечу! Даром только в подвале валяются.

– А подумают что? – как только Кощей отпустил ее, она отошла подальше.

– Да пусть думают! Точно! Марфа, ты просто золото! Я тебе вторую премию выпишу!

Кощей довольно потер ладони, пусть Василиса сильно нос не задирает, не захотела принимать его ухаживания, да и не надо!

– Слух пущу, что сам ее бросил ради иностранной красавицы, а она настолько была безутешна, что бросилась на первого встречного! И репутация не пострадает!

Марфа обреченно закатила глаза.

Вторая премия означала, что иностранную красавицу придется изображать ей. Странные они, эти благородные, из-за каких-то слов готовы из кожи вон вылезти.