Мир Марийзы: Страж Правосудия

— Вряд ли она потребует от вас платы, но помощь, возможно. – это уже голос Кровена. Значит вампры не ушли, а были здесь, со мной, небось волновались.

— Райса, ты не устала? Может пойдешь приляжешь? – мягко спросил Варк.

— Нет, любимый! – услышала я приятный, такой мелодичный голос Верховной. — Ты же знаешь, что уже на следующий день я чувствовала себя прекрасно, будто и не было этих девяти месяцев мучений. Зелья Ники и ее магия подняли меня моментально. Кстати, надо спросить рецептик, уж очень сильнодействующие они.

— Сомневаюсь, что у вас получится его сварить, эна Райса. – ответила Веда. — Конечно, зелья будут сильнее прежних, однозначно, но не такие уникальные - увы. Ника вливает в них свою черно-белую магию ведьмы. Мы с бабушкой пытались повторить, но ничего не получилось.

Мне пришла идея, и я не смогла не высказать ее, хоть и было довольно трудно это сделать.

— Если Черная и Белая ведьма объединятся, и будут одновременно вливать свою магию в зелье, то все получится.

– прохрипела я. Ко мне тут же подлетели все гости, а я наконец разлепила глаза. — Приветствую всех! – еле слышно прошептала я.

— Ника, как же ты нас напугала! – осторожно обняла меня Веда, и расплакалась. – Никогда так больше не делай! Мы с бабушкой, как увидели тебя лежащей без сознания, еле дышащей, чуть ли сами в темноту не погрузились. Никочка, ты нам так дорога! – плакала девушка.

— Именно, сестренка! – подошел Азарх, и тоже слегонца приобнял. Его бирюзовые глаза смотрели с тревогой, нежностью, заботой.

Мне стало так хорошо на душе, что сама не смогла сдержаться и расчувствовалась.

— А ну малявка прекрати слезы лить, иначе и я не выдержу, а мне великому стражу это не по статусу. – подошел ко мне Варк, и поцеловал в лоб.

— Привет, Ника! – послышался неуверенный голос Райсы. Посмотрела в ее яркие голубые глаза, наполненные огромной благодарностью, добротой и смущением. Я медленно, из последних сил распахнула руки подзывая к себе.

Она кинулась ко мне на шею, плакала, очень громко, навзрыд. Райса выплескивала все, что накопилось у нее в душе за время заточения в кристалле, всю ту боль, отчаяние, страх, борьбу за жизнь, за жизнь детей, моление о помощи, и испытанные чувства безысходности. Я плакала вместе с ней, как и Веда обнявшая нас двоих. Райса похоже до этого держалась, не показывая никому свое состояние, а со мной расслабилась, чувствуя, что я пойму.