ШИЗА: три в одной

Янка каждую свободную минутку искала в смартфоне любимый контент и училась у юного мага Уграэля, который, похоже, знал толк в настоящем чародействе.

Она даже подписалась на его страничку ВКонтакте. Этот парень явно был «в теме», однако кто ему позволил выкладывать на всеобщее обозрение сакральные знания? «Надо бы познакомиться с господином Уграэлем поближе», – частенько думала Янка, но не решалась первой написать ему. Да и в самом деле, что она может сказать: ты, мол, пошто, сорванец, запретные заклинания разбазариваешь? А если он наглый и хамоватый, как большинство тех героев, что прячутся под никами, и ответит в стиле Цесарского: «Я твой антен труба качал!» Тогда разговор окончен, больше его на чистую воду не вывести.

Дома всё было – слава Богу. Лёнчик из своих мистических приключений ничего не помнил. Пришлось только в его гимназию и в музыкалку объяснительные записки написать, якобы от родительницы: болел, мол, ребёнок. Открыть правду о том, что ученик проспал недельку закованным внутри ледяной глыбы со дна Ада, было бы честно, но весьма неосмотрительно и глупо.

Мальчик вернулся к своей интенсивной учёбе, и его жизнь потекла по привычному руслу. С мамой Ирой отношения оставались странными.

Как-то раз по дороге из училища домой [N1] Янка рассказала Оксане один не очень приятный эпизод из своей жизни. Считая эту добрую и мудрую не по годам девушку своей лучшей подругой, Янка иногда подкидывала ей «на разбор» реально неоднозначные моменты своей биографии. Маме Ире ничего подобного поведать было просто немыслимо.

Всё закончилось бы истерикой и внеплановой госпитализацией дочери в психиатричку. После разговора с подругой становилось легче на душе, как после исповеди. Оксана могла разложить по полочкам любую проблему и всему старалась давать объективную оценку. В тот раз Янка рассказала о том, как летом перед зачислением в училище она чуть не стала жертвой изнасилования. Мысли об этом моменте часто тревожили её, не давая уснуть. Воспоминания не растворились в небытие до конца, оставив неистребимый омерзительный осадок. После бабушки и тёти Розы Большая Мать была единственным доверенным лицом. Выслушав внимательно, подруга наставляла:

– Яночка, полагаю, что если ты шаришься чёрт-те где[N2] , по каким-то тёмным улицам, садишься в машины к незнакомым мужикам, то риск быть избитой, ограбленной и изнасилованной в разы возрастает. Ну, а если ты, например, сидишь спокойно дома и пьёшь чай с родной любимой мамочкой, то этот риск неизменно стремится к нулю.