ШИЗА: три в одной

Она стала замечать, что кто-то, может, не нарочно, делает ей мелкие пакости. Соль в чае вместо сахара, слишком холодная вода в бассейне, перепеченный ужин, да всего не перечесть. Сначала девушка отчитывала за это служанку. Но добрая и трогательная Аминта со слезами на глазах уверяла, что ничего подобного не подстраивала любимой хозяйке. У Янки не было сомнений в том, что и сатиресса, и её супруг абсолютно искренне и с обожанием относятся ко всем обитателям замка. Знала она это, конечно, не со слов сатиров, что славятся лукавством и склонностью к аферам, а потому что неоднократно сканировала их вторым зрением и задавала вопросы магическому блокноту.

Записная книжка давала исчерпывающие ответы на любой вопрос, даже если он касался совсем тёмных сфер. Но тут вдруг почему-то на некоторые, в общем-то, совершенно пустяковые вопросы: «Кто насыпал в чай соль вместо сахара или подпилил ножки Янкиного стула?» − магические листы предпочитали не отвечать или, что ещё подозрительнее, давали расплывчатые уклончивые формулировки, типа: «Такова жизнь… Судьба и на печке найдёт… Фортуна тебе сегодня не благоволит, детка… Это тяжёлый рок (не музыка, увы!), и т.

д.»

Агр только неопределённо пожимал плечами, да и вообще его мало сейчас волновали всякие бытовые мелочи. Надвигалась страшная дата инициации, от которой так много зависело. Всё чаще улетая в самый непроглядный ночной час, он посещал своих новых сородичей по племени. Неожиданно сошёлся там с одним молодым горгулом Бёрдом, которому предстояло пройти тот же обряд.

В одну из таких ночей, когда Агр пошёл размять крылья, Янке долго не спалось. Чтобы не лежать в кромешной тьме, она выпустила из магического перстня микроскопическую голубую искру, которой хватило, чтобы зажечь все свечи в спальне.

Намереваясь понежиться в их огромной с Сашей кровати, девушка решила что-нибудь почитать перед сном. Иногда, по старой привычке, она за глаза или в своих мыслях продолжала называть любимого Сашей, хотя ему было больно слышать своё прежнее имя.

Янка взяла с полки тяжёлый альбом, где историки-искусствоведы Грани (представляете, такие, оказывается, и здесь тоже наличествуют!) толковали о том, что многие сюжеты картин, известных в Янкиной реальности, написаны художниками-путешественниками по разным мирам. Но если в человеческом социуме эти полотна считаются фантасмагорическими, то авторы исследования утверждали, доказывая на конкретных примерах, что произведения были созданы именно с натуры.