Стихийный мир. Сбежавшая от тайн

– Я куплю тебе ящик, - отмахнулся я.

– И сам же его выпьешь, - продолжил вампир.

– Не делай из меня законченного алкоголика! Ты же сам знаешь, какой сегодня день. Ангелы, пять лет. Мы уже пять лет здесь…

– Хорошо, приятель. Но, может, в таком случае, стоит перестать уничтожать мои запасы дорогого алкоголя и начать действовать? Ну, знаешь, сделать что-нибудь, чтобы помириться с женой, - Соер достал второй бокал и налил нам обоим.

– Можно подумать, я ничего не делал…

– Конечно, делал! Ты ее преследовал, упрашивал, уговаривал, требовал, мучил…

5 лет назад…

– Не смей уходить, когда я с тобой разговариваю!

– Смотрите, как он заговорил! – Скай всплеснула руками.

– Иди ты к черту, Хантер Фэирс!

Она развернулась, чтобы уйти, но я поймал ее за предплечье. Кончики пальцев тут же кольнула магия, но я не отпустил ее руку.

– Оставь меня в покое!

– Не могу! Я не могу без тебя!

– Ангелы, ну почему ты даже не пытаешься понять меня?! – Скай тяжело вздохнула и, мне сразу захотелось обнять ее.

– Милая, я пытаюсь понять.

Но быть без тебя… Это выше моих сил! Ты разрываешь мое сердце!

– Так же, как ты растоптал мое? – ее глаза сузились. – Отпусти меня. И возвращайся на Несторию.

– Ни за что!

– Хантер! Ангелы, ну неужели ты не можешь понять? Ты хотя бы задумывался над тем, что произошло? Там на Нестории скорее всего уже казнили моего биологического отца. А мой приемный отец сейчас сидит с горой документов, пытаясь понять, как наш мир докатился до такого. Мой сводный брат учится жить в родной касте, о которой как оказалось он ничего не знает.

А тысячи стихийников пытаются поверить в то, что теперь они могут иметь детей от своих любимых… А я… А я вспомнила и узнала столько ужасных вещей… Так что, видят ангелы, иногда я жалею, что память ко мне вернулась…

Она поникла. А я, едва ли осознавая, что делаю, обнял ее и легонько поцеловал в макушку.

– Любимая, я хочу тебе помочь. Позволь мне быть рядом…

– Знаешь, что самое ужасное? – она подняла взгляд, и я в сотый раз утонул в ее прекрасных глазах.

– Мы сможем преодолеть все, что угодно…

– Самое ужасное, Хантер, что все вы считаете меня вещью. Пешкой, которую можно переставлять с белого на черное и обратно. Сначала мать… Подкинула меня под дверь знакомого… Хотела как лучше, но оставила сиротой. Потом отец… Решил, что можно просто забрать мою память. «Ой, вещичка чуток подпортилась, ну и ладно. Тогда и вовсе ее сломаю и выкину…» А потом ты… Решил, что можно просто использовать меня, как какой-то артефакт.