Белочка для Императора Мрака

Ректор бы сразу пресек ее высказывания, если бы иль Лиадон не принадлежала к аристократии. То есть к тем, кто мог по щелчку пальцев закрыть академию.

Если быть крайне честным, то у того землетрясения был огромный, жирный плюс - дома всех моих ненавистников, находившихся в Южной части города, представляли собой гору камней. В том числе и личный "дворец" Сильвии. О, в каком гневе она была, когда не смогла добраться до меня и растерзать на маленькие кусочки. Почему-то высшая палата власти считала, что если меня убьют - прогневают богов, или моя мана вырвется наружу, и от столицы точно ничего не останется.

Но от мелких пакостей, типа клея на гребне, я была не застрахована. Но мириться я с этим не собиралась и устраивала свои пакости. И наша "война" продолжается до сих пор. Уровень нашей вражды перешел на более ожесточенный уровень, когда в нашу междоусобицу ворвался Шагор Кхалио. Как думала Сильвия, у нас началась война за его внимание. А для меня началась "борьба" на два фронта - отбиваться от настырных посягательств Кхалио и во все глаза смотреть, а не подложила ли иль Лиадон мне свинью.

Смотря на прямую, как палка, спину, на недешевое платье и на красиво уложенные волосы, аппетит пропал окончательно. Сама не заметила как руки обхватили кружку чая. Опомнилась, когда горячий напиток обжог горло. Губы сами расплылись в легкой, хитрой улыбке. Хмм, кажется я знаю, как мне попасть в библиотеку. И не было сомнений, что иль Лиадон со своими приживалками сядут за мой стол.

Мой план был идеален!

Так и случилось. Только заметив мою скромную фигуру, сокурсницы о чем-то перешептывались и хихикали. И все это стадо пошло к моему столику. Мерзкая улыбочка не слизала с напудренного лица иль Лиадон, когда та картинно воссела напротив меня, как на трон. А ее подружки по бокам. Размешивая ложечкой странный напиток, Сильвия все с той же улыбкой произнесла:

- Мало тебе бывшего ректора, Вастерс? Хочешь и Шагорчика в могилу свести?

- Мм, не понимаю о чем ты, - делая вид, что пью чай, ответила я.

Стараясь не смотреть ей в глаза, я упрямо рассматривала свое отражение в коричневой жидкости, от которой еще шел пар.

Со стороны собеседницы послышалось возмущенное фырканье.

- Ты укусила его! - завизжала Сильвия. - Теперь Шагорчик лежит в госпитале и бредит! Ты отравила его!

Я поперхнулась маленьким глотком чая. До чего ж у нее фантазия то больная! А ее подруги молча кивали при каждом слове, прибавляя вес к ее словам.