Лики Богов. Часть I. Война с черным драконом

По нему нанесут первый удар, он всегда будет объектом охоты, а его смерть станет смертью правящего рода. Все эти мысли не несли императору ни страха, ни переживаний – старый воин давно привык к боли. Сейчас он хладнокровно обдумывал действия, просчитывал, как и какими средствами убережёт внука, сохранит власть.

Слуги раздвигали перед ним двери, кланялась стража, мелькали резные колонны – ничто не задерживало на себе взора владыки. Войдя в покой, Ши-цзун бросил на ложе помятый свёрток, опустился на высокий стул, напоминающий его трон, уложил руки на резные подлокотники.

Долго ждать не пришлось – двери разъехались, являя широкоплечего генерала. Не сразу владыка заметил худощавую фигуру, почти тень, укутанную в грязный плащ. Войдя в покои, генерал опустился на колени, низко поклонился господину. Его же спутник шумно плюхнулся на пол, хрипя и кашляя. Смутившись, Мун схватил колдуна за плечо, потянул на себя. Но даже после усилий генерала Лунвэй попросту уселся перед императором, нагло рассматривая его.

— Мой повелитель, — не смея смотреть в глаза владыки, обратился Мун, — ваш приказ исполнен всецело. Господин Лунвэй ответит на все ваши вопросы, я же, с позволения вашего величества, удалюсь.

— Хорошо, мой друг, — улыбнувшись лишь уголком губ, заговорил Ши-цзун. — Отдохни с дороги, прогуляйся в саду, но не уходи далеко – ты мне вскоре понадобишься.

— Да, мой Господин, — не поднимая взора, генерал попятился к выходу.

Лишь стоило дверям сомкнуться, император слегка подался к колдуну, рассматривая его.

— Вижу, Аким смог потрепать даже тебя, — ухмыльнулся владыка. Вид колдуна был крайне неприятен – один глаз побелел, почти утратив очертания зрачка и радужки; губы нервно дёргались, отчего тонкие усики забавно вздрагивали.

— Сила его крылась не только в великанском теле, — оскалился Лунвэй, явив жёлтые зубы. Протянув к императору руку, попытался указать на картину за спиной владыки, но пальцы его не слушались. — Оглянись, Ши-цзун, взгляни на творение своих мастеров.

Император недоверчиво повернулся к картине, но так, чтобы боковым зрением видеть странного гостя. На полотне был изображён дракон, обвивающий гору. Камни летели в стороны под натиском острых когтей, золотые жилы поблёскивали меж громадных валунов.

— Великая сила рвётся к великому богатству, — продолжал колдун, — но помнишь ли ты, чем это обернулось?

— Рабством, — безразлично ответил владыка, поворачиваясь к гостю.