Владычица Единорогов

- Конечно, моя девочка, - улыбнулся дочери Тристан, - если только наша гостья не против.

- Я не против, - пробормотала Аврора.

- Тогда – в путь! – Тристан вышел из дома, а когда девушки последовали за ним и тоже оказались на плато, перед ними стоял прекрасный белоснежный крылатый Единорог.

- Взбирайся! – Тристан опустил одно крыло, - не будем заставлять мою дочь тащить тебя на спине снова!

Аврора подошла к жеребцу, схватила его за основание крыла и одним махом запрыгнула на спину единорога.

- Летим, дочь моя! – крикнул Тристан и взмыл в небо.

Вскоре оба единорога, отец и дочь, оказались над облаками. Тристан, оглянувшись и удостоверившись, что они одни, замедлив полёт, обратился к Фрэйе:

- Можешь расправить крылья! Здесь нас никто не увидит!

Аврора замерла от восторга. За спиной Единорожки, которая следовала за отцом, распахнулись два белоснежных, словно сотканных из облаков и морской пены, крыла.

Откуда-то потянуло прохладой и запахло морем. Аврора поняла, что они у цели. Единороги, отец и дочь, снова нырнули в гущу облаков и устремились к песчаному побережью.

- Вот ведь гадина! – скрипнул зубами Марсель, - я давно подозревал, что с нею все не так-то и гладко! Эх, если бы я не был этой кобылке братом, то быстро совратил бы! И стала бы она пенным гребнем на океанической волне! Ну ничего! Найдём кого-то другого на эту роль! Или избавимся и от Дракошки, и от этой «крылатой жеребихи» еще каким-то способом!

Марсель развернулся и полетел обратно к плато, надеясь, что его отсутствия не заметил никто из соплеменников.

Глава четвертая

Тристан и Аврора сидели на берегу океана, наблюдая, как в волнах резвится Фрэйя, так и оставшаяся в ипостаси единорога. В какой-то момент белоснежная пена окутала тело Единорожки. Тристан горестно вздохнул:

- Это её мать. Старается хотя бы таким образом приласкать свою малышку.

Единорог посмотрел на Аврору:

- Ты ведь знаешь? Дочь тебе обо всем рассказала?

Аврора кивнула в ответ, продолжая все так же хранить молчание.

- Мне становится больно, когда я думаю о судьбе, уготованной моей дочери, - казалось, что Тристан разговаривает сам с собой.

- Но ведь Фрэйя может остаться девственной и сохранить жизнь! – воскликнула девушка.

- Не думаю, - вздохнул Тристан, - она так похожа на свою мать. Такая же отчаянная и страстная.