Отреченная. Блуждая во тьме.

Темно-каштановые волосы мягкой волной обрамляли бледное лицо и только глаза, казалось, сейчас горели ярким лихорадочным блеском. Меня всегда удивляло, когда цвет моих глаз приводил людей в восторг. Не черные и не карие, а словно потемневшее золото. Все утверждали, что я больше всего похожа на свою прабабушку, когда ей было 18, столько же, как и мне сейчас. Жалко, что ее портрет не сохранился. Я грустно улыбнулась своему отражению и сосредоточилась. Зеркало или зажженная свеча, всегда помогали, мне лучше настроиться и с большой точностью использовать поиск.

Пристально, смотря в свои глаза, я погрузилась в некое подобие транса.

- Ник, где же ты?

С мельчайшей подробностью восстанавливая портрет брата, я пыталась удержать его образ как можно дольше. Вокруг мельтешила серая пыль, словно хлопья снега, подхваченные сильными порывами ветра. И вот сквозь эту пыль, словно в тумане стало проглядывать неровная проселочная дорога. Вокруг виднелась темнота густого леса и слышался стук копыт бредущей лошади. Видение стало угасать.

Нет, нет, так дело не пойдет мне нужно больше подробностей.

- Ник, не исчезай, прошу тебя, я хочу помочь!

- Эльза…

Еле слышный глухой голос брата и быстрый калейдоскоп сменяющихся картинок. Очнулась я на полу, как еще не грохнулась со всей силы. Голова раскалывалась, похоже на этот раз я перестаралась. Что за никчемный дар? Со злости на глаза набежали слезы. Ни чего, позже я попробую снова. Ведь почти дотянулась, и мне показалось даже, что Ник услышал мой голос. Такое у меня впервые.

Ник как же ты так? Зачем тебе нужна была эта дуэль? В дверь постучали.

-Эльза, я знаю, что вы здесь, откройте дверь. Ваш отец просил спуститься в обеденную залу.

- Спуститься? А, что уже вечер нянюшка?

Я глянула на окно за которым мягким бархатом лежала тьма. Сколько же времени я была в беспамятстве? Я попробовала подняться. Ноги еле держали и от накатившей слабости мутило, все было словно в тумане.

- Сейчас, я уже иду.

Кое-как я добрела до туалетной комнаты и спешно привела себя в порядок.

Прохладная вода возымела действие, и вот уже не торопясь я спускалась в низ, где за общим столом ужинала моя семья. Витая лестница была в полумраке, ступени слегка поскрипывали. Наш особняк давно требовал ремонта, но денег было катастрофически мало, особенно после того, как отец отправил Ника ко Двору, оплатив при этом круглую сумму за его должность. Задумавшись, я споткнулась на последней ступеньке, и чуть не растянулась на входе в обеденную залу.