Амос: Любовь Видящей

Но более других выделялись две дамы средних лет.

Мне всегда нравилось придумывать истории, просто глядя на людей, поэтому я рассеянно наблюдала за тем, как Вера с пыхтением выполняет разминку, прикидывая, кого же случай подкинул мне на пути.

Пока я придумывала себе, почему две женщины лет сорока решили пойти на йогу, для которой приобрели — а может и нашли в гардеробе родни! — костюмы для аэробики прямиком из восьмидесятых, Верка уже умеренно пускала слюнки на тренера. Из себя он не представлял ничего, что могло бы заинтересовать меня, но для подруги сходу вошел в тройку лидеров, растолкав киноактеров и певцов.

Не понимала я вкус подруги, но ей мое понимание и не требовалось, а другие женщины наперегонки с Веркой задумчиво вздыхали, рассматривая жилистого высокого парня со светлыми аккуратными волосами и серьезными серыми глазами. Мое уважение тренер получил, когда нахмурился при виде очередного томного взгляда.

Заскучав, я ускользнула из зала, резонно рассудив, что Вера моего отсутствия не заметит.

Немного побродив по коридорам, то опускаясь на первый этаж, то поднимаясь наверх, я не столько заблудилась, сколько окончательно растеряла всякое желание быть в спортивном клубе. Надумав вернуться, забрать свои вещи из раздевалки, а потом отправить подруге сообщение по дороге домой, я направилась, как думала, в обратную дорогу.

Вместо первого этажа лестница в глубине здания привела меня на широкую галерею, опоясывавшую открытый большой зал.

Там, как и всюду здесь, проводили занятия, но я не стала убегать, заинтересовавшись происходящим.

На полу вдоль одной из стен лежали плоские подушки, на которых сидело около двадцати облаченных в защитные доспехи людей. Рассматривая наряды, я вспомнила статейку о занятиях по кэндо, которые так истово пиарил Игорь Валентинов. Сам лидер и вдохновитель стоял в центре зала и о чем-то негромко беседовал со стройной девушкой в легкомысленном розовом спортивном костюме.

От подушек то и дело раздавался скрип, когда кто-то пытался сменить позу, при этом все присутствующие недовольно хмурились. И лишь один человек замер, будто статуэтка, являясь живым воплощением мечты фотографа на пляже. К такому нужно всего лишь прислонять людей, а фото выйдет отличным: и поза, и осанка облаченного в защитные доспехи, и шлем говорили о выдержке и силе.