Отбор. Вне конкурса

— Благодарю покорнейше, но я постою, — набравшись смелости, пискнула я.

— Сядь!

Ого, как он умеет! И ведь даже не повысил голоса. Но внезапно я осознала, что уже бодро марширую по направлению к креслу.

Спустя пару мгновений я уже опустилась на самый краешек и напряженно выпрямилась, с такой силой вцепившись в подлокотники, что вновь заныли костяшки, содранные вчера о нос Маверика.

Инвар подошел ближе. С вежливым полупоклоном протянул мне бокал.

Я не осмелилась протестовать, хотя мне совершенно не хотелось пить.

Послушно приняла фужер и вновь замерла, держа его на весу.

— Не желаешь пригубить? — с иронией поинтересовался Инвар, продолжая стоять рядом. — Я помню о твоей нелюбви к алкоголю. Но, поверь, лучшего вина ты в жизни не пила.

«И вряд ли когда-нибудь выпью», — почему-то подумала я.

Понятия не имею, какое наказание меня ждет за все те безобразия, которые я творила последние пару дней. Одно радует: хоть реферат почти готов. Теперь если даже и вышвырнут из дворца, то не так страшно.

Как оказалось, властью обладал не только голос императора, но и его взгляд.

Инвар лишь посмотрел на меня — и я сама не заметила, как подняла бокал и одним махом осушила его, почти не почувствовав вкуса дорогого изысканного напитка.

— Понравилось? — осведомился он.

— Очень! — заверила я, мысленно молясь всем богам, чтобы он не налил мне еще.

Для полноты счастья мне только напиться в присутствии императора не хватает.

И мой отчаянный внутренний призыв к помощи высших сил был услышан. А скорее всего, Инвар просто понял, что я и дальше намерена во всем соглашаться с ним, поэтому выпью хоть всю бутылку, если он это предложит.

— Как твоя рука? — спросил Инвар, забрав у меня фужер и поставив его на подлокотник соседнего кресла.

— Спасибо, все хорошо, — ответила я.

— Правда? — с сарказмом переспросил Инвар.

Ловко перехватил мою руку и сжал ее в своей ладони.

Я замерла, не зная, как поступить. Одернуть руку? Потребовать прекратить это? Да он, в общем-то, пока просто разматывает повязку.

Наверное, желает проверить, не осталось ли у меня шрамов после вчерашнего происшествия.

Инвар быстро и легко избавил меня от бинтов. Низко наклонился, внимательно изучая совершенно чистую кожу, на которой не было и следа. Затем подушечкой большого пальца легонько тронул мои костяшки, все еще немного опухшие. Их окутало легкое голубоватое свечение, которое тут же впиталось без следа.

Я удивленно пошевелила пальцами. Сжала и разжала кулак. Ну надо же.