Пересвет

Остановившись, Вадик сделал вид, что портянка на ноге ослабла и сползла. Удобно и тепло их с валенками носить, но привычка к ним нужна.

Только он наклонился, как сзади его подопнули, так, что отлетел в сторону реки, чуть под берег не свалился. Мимо решительно прошли двое. И их узнал Вадик. Лешак с Козырко, литвины сотника Дуная. На упавшего смерда они даже не посмотрели.

— Эй ты! Подожди! — закричал Лешак. — Давай дело своё окончим.

Роспута повернулся, пару секунд соображал, потом заржал диким жеребцом и скрестив руки на груди, быстр потёр плечи.

— Давай, иди сюда! — крикнул он в ответ.

Вадик присел под кустами, наблюдая. Он хотел и бежать за бастрыганами, и думал, а вдруг драка интересная будет? Не хотелось пропустить.

«Успеем поймать, — решил он. — С Москвы никто не убежит, точнее, из Москвы, да, так правильно».

Роспута и Лешак вытащили свои сабли и начали не спеша сближаться. Оба высокие, могучие, сторожкие и очень опасные. Зазвенели клинки, противники начали прощупывать друг друга.

Лешак замахнулся и тут же Роспута ткнул его саблей в живот. Но не смог пробить толстую кожаную безрукавку, только надорвал. Однако от толчка Лешак невольно отступил на два-три шага и даже быстро завздыхал, видать, удар был сильный. Роспута бросился вперёд, добивать, и крест-накрест принялся рубить литвина. Но Лешак уже пришёл в себя и отбивал удары.

Козырко посматривал на разбойников, явно выбирая удобный момент для нападения. Те положили руки на свои сабли, не собираясь подставляться.

Роспута отпрянул назад, лезвие мелькнуло очень близко, едва не отрубив ему нос. Вадик всё гадал, кто победит. Ему нравился и Лешак, спокойный, уверенный и Роспута, напористый, с ухмылочкой.

И тут послышался топот. Вадик оглянулся. По снежной дорожке ехали пятеро. Впереди Пересвет и его приятель Ослябя, за ними дружинники.

— А кардинал Ришелье дуэли запретил, — громко сказал Пересвет и высморкался.

— В Москве драться на мечах нельзя, — Ослябя остановил коня.

— Мы прохожие, по делам шли, — смиренно ответил Пустосвят, дёргая разгорячившегося Роспуту за руку. — Вот, напал на нас человек, а кто это, и зачем, не ведаем. Мы ничего, мы не в обиде. Мы пойдём куда шли, боярин.

Ослябя пытливо глянул на разбойников, потом посмотрел на Лешака с Козырко. Те опустили глаза, похмыкали, прибрали оружие.