Пересвет

Все светловолосые, один совсем рыжий. Что-то бормочут непонятно, и ржут, тыкая пальцами в Агашимолу. Тот багровый от злости или пьяный, косой шрам только белее молока, чуть ли не сияет на лице.

— Чё хотел?! — угрожающе спросил, чуть свесившись с борта, Светлов. — Проблемы ищешь, чувак?!

Главное в таких ситуациях — интонация. Слова не важны, сурово надо наехать, дать понять, что тут покруче. Но интонация не сработала. Татары захохотали. Один даже затрясся от смеха.

— Меня зовут Агашимола, — медленно сказал мужик со шрамом.

— Ты чё, крутой самый? — Светлов закурил и пустил дым в его сторону. — Мы в свободной стране. Дух Джона Брауна стучит в наших сердцах, а пепел Клааса бьётся рядом. Свободен, мальчик Лёша из страны Какаду!

Дух с пеплом всплыли совсем неожиданно, но кстати, непонятное обычно пугает или путает. Татары посмотрели на Агашимолу. Ему было всё равно, он просто сплюнул.

— Скажи мне, где Родион, и я уйду. Или я убью тебя тоже.

— А ты чё, бессмертный, что ли? — тоже сплюнул Светлов, и вдруг попёр из него Джек Лондон, и пока не забыл, выдал: — Вали отсюда, уноси свой лай от нашего, нашего.

Он обернулся, Воилко стоял рядом, чуть прищурясь глядел на гостей.

— Как называется наша лодка? — тихонько спросил Светлов.

— Лодья, лодья ушкуйка, — чуть помедлив, сказал Воилко.

— Уноси свой лай от нашей ушкуйной ладьи, балбес! — чётко сказал Светлов и укрывая руки за бортом, вытащил из чехла свою двустволку и зарядил её. Разговоры это хорошо, но дуплет в упор лучшее лекарство от упёртых.

Агашимола побагровел так, что лицо стало черным. Он ухватился за саблю, но сразу двое его приятелей схватили за руки.

— Эй, боярин! — крикнул тот, что стоял в стороне. — Мы послы великого хана. Нас трогать нельзя, ты знаешь. Агашимола может с тобой подраться. Но ему нельзя, он посол.

Тот как раз тяжело выдохнул и убрал руку от сабли. Лицо у него начало светлеть.

— Тогда до свидания, добрые люди, — Светлов положил двустволочку на свой рюкзак.

Татары снова начали хохотать, а тот, что стоял в стороне, усмехнулся.

— Поимка раба это личное дело, и Агашимола может спросить его и с тебя, — сказал он. — Но если ты его убьёшь, значит, ты убьёшь посла.

— Ты похмеляться не пробовал? — спросил Светлов. — Я твой базар путаный разбирать не собираюсь. Чего хочешь?- Агашимола может драться с тобой, но только без оружия, и ты без оружия, — сказал татарин.