Пешка

А что, ты

собственноручно будешь убивать меня, не побоишься замараться?

-Много чести, Клементина! – он отскочил от нее, брезгливо отряхивая руки. - Для этого есть

специальные, профессиональные исполнители.

Он хлопнул в ладоши и на месте оказался огромный удав с единственным желтым глазом.

-Ах, ну да, про Вистру то я запамятовала. Привет, фонарик. Я помню, что у тебя ни чувств, ни

эмоций. Просьбу мою последнюю удовлетвори - сделай все без садизма, чтоб не так больно было.

Змея не торопясь подползла под ноги женщины и стала обвивать их своим ледяным телом.

Кольцо за кольцом, все выше поднималась смерть по Марине. Женщина закрыла лицо руками, чтоб только не чувствовать на лице эту скользкую тварь. Она вспомнила, это уже было с ней, но

где-то далеко отсюда.

Когда змея дошла до груди и дышать стало трудно, Марина в агонии вспомнила про кинжал, который нужно всегда иметь при себе. Как только она его не представляла, не появлялся он.

Видно в чем-то ошибка. Она стала судорожно перебирать все возможные варианты.

приходило в голову. Да! Раковина! Его слабое звено. Это и есть тот самый кинжал, которым она

окончательно добьет его.

-Вистра, не торопись,- прошептала она задыхаясь. – Помоги мне, ведь в некоторой мере мы

друзья. Ослабь свои кольца, дай мне вытащить руку. Помоги мне.

Она протиснула кисть руки в карман брюк и достала ее.

- Смотри сюда! – закричала изо всех сил она.

Коротконогого охватил ужас. На вытянутой вверх руке пленницы лежала его драгоценная вещь, память о мире материальном.

-Ты подлое, низкое создание,- зашипел он сквозь зубы. -Отдай сейчас же, иначе будет хуже!-

проваливаясь по колено в песок мега-маньяк пробирался к ней.

-Хуже мне уже не будет, а вот что будет с тобой - это вопрос, который скоро разрешится.

Марина воткнула острие раковины в змею и та рассыпалась угольками, которые тотчас

превратились в пепел и были благополучно развеяны бризом.

-Отдай мне ее, я уйду навсегда и оставлю всех в покое, - Премир стоял на коленях перед ней и

слезы текли по его лицу.

-Я не верю тебе. Ты – многоликий и души у тебя, как ты сам и говорил, нет.

Она дотянулась раковиной до широкого лба коротконогого. Коротышка стал таять. Тихо и

спокойно глядел он голубыми, по-детски круглыми глазами на Марину, и как-то виновато

улыбался. Ей даже как-то стало жаль его, сейчас такого беспомощного и жалкого.