Пешка

От такого потока зловещего шипения, от жуткой боли в плечах и, вообще, от большого

недоумения всего происходящего сейчас, Марине захотелось разрыдаться тут же и послать

подальше докторишку туда, куда сам черт не хаживал. Но она была девушкой воспитанной и

поэтому только разрыдалась.

- Вы что, совсем одурели или только слегка подвинулись? – закричала она с обидой в голосе

сквозь слезы.

Отпихнув от себя профессора и развернувшись к двери, женщина почти уже выбежала из

кабинета.

-Постойте же, Вы, ради бога!- услышала она сзади сдавленно-умоляющий глас Строкова Е.Е.-Я

сейчас Вам все объясню. По крайней мере то, что Вам можно и нужно знать.

Марина в гневе была страшна. Страшна –это не то, чтобы уродлива, а страшна в своих эмоциях и

темпераменте. Глаза прищурились, крылья носа растопырились, кисти рук сжались в кулаки. Все

тело было в таком напряжении, что казалось сейчас пружина внутри распрямиться и вытолкнет ее

в прыжке на жертву, а затем так долбанет, что мало не покажется.

Профессор от такого яркого зрелища немного почувствовал себя нехорошо и неуютно. Он

медленно, пятясь задом, зашел за свой стол, плавным движением руки отодвинул кресло и

прыжком тушкана хотел запрыгнуть на него. Но не получилось. Не рассчитал свою силу с данным

расстоянием и грохнулся вместе со стоявшим креслом на пол.

Чертыхаясь и пыхтя в течение всего лишь нескольких секунд, то есть очень быстро, голова

профессора Строкова Е.

линзы очков, теперь сидели маленькие серые глазки и подслеповато моргали. Вскоре появились

очки в руках профессора и были торжественно возвращены на свое прежнее место, на нос.

-Сядьте, дорогуша, и больше не кричите! Меня это выводит из равновесия,- голосом, не терпящим

возражений, было заявлено женщине.-Сядьте, расслабьтесь и слушайте не перебивая!

Все тело говорящего вылезло из укрытия и село, наконец, за стол.

Ситуация получилась очень смешной, но сдержав себя от рвавшегося изнутри смеха, Марина

прокашлялась и обратилась вся во внимание. Очень хотелось услышать объяснений и она, сменив

стойку огнедышащей драконихи на покорность львицы, уселась в кресле напротив. Расслабиться

ей не удалось, но это было и к лучшему, так как в подобных ситуациях слух и нюх обостряются, а

это лишним не будет никогда.