Волшебные рассказы

Большую часть времени проводят на даче, которую они приобрели странным образом, взяв в дом и ухаживая за маразматической от глубокой старости старухой. Ухаживания закончились успешно, загородный дом в ста двадцати километрах оказался в их собственности. Но пока бабулька не умерла, им пришлось с нею намучиться. Она впала в детство, и, когда ходила по большому, то подтиралась сашкиными рубашками и говорила при этом, что это не она, что приходили какие-то неизвестные мужики и, страшно испугав ее, творили это безобразие.

Сейчас эти наши соседи сами почти что старик со старушкой, не в такой степени, конечно, они вполне бодры и самостоятельны, но уже не то, что раньше, когда они были молодые, стройные, ходили под ручку и называли друг друга ласковыми уменьшительными именами. Соседка округлилась, ее форма уже очень напоминает шар, или шарик. Впрочем, довольно бодрый и энергичный шарик, эдакий колобок, который катается туда-сюда, уварачиваясь от всевозможных опасных зубьев в непростой и нервной ее жизни. Если и есть в нашем подъезде хищники, то это точно не она.

Дочка ее куда более приспособлена к жизни в современном мегаполисе. Она выучилась на помощника нотариуса, хотя мамка хотела учить ее французскому языку. К языкам склонности не оказалось совсем, но как помощник нотариуса девушка преуспевает. Замуж только все никак не выйдет. Это мамку огорчает немного. Все-таки она всю жизнь имела дело с детишками, а своих внуков все нет и нет. На лицо девушка вполне приятна, она общительная и деловая, но очень толстая.

Не такая круглая, как мать, если сравнивать с овощами и фруктами, то она дыня торпеда, а вот мама - настоящий арбуз.

Не так давно эту мою соседку очень обидела другая соседка, жена мусорщика и двойная ее соседка - они еще соседи по деревне (из которой была родом бабулька, подтиравшаяся хозяйскими рубашками). Соседка сказала ей тоном детской дразнилки: «А у нас внук родился, а у нас внук родился». Не хватало только высунуть язык и сделать руками бараньи уши.

Вот так и прошло восемь последних лет, которые я надеюсь, все-таки не самые последние в моей жизни, я живу безвылазно в шестом подъезде, на третьем этаже пятиэтажки «хрущевки».

Боюсь, многое забудется из всего, что тут промелькнуло, прошло, проползло и проехало. Пришлось кое-что записать. Ведь это кое-что - происходило перед моими глазами, чему-то я был свидетель, а чему-то причина...

…А между тем, прошло еще десять лет. Иных уж нет, а те далече. Нут веселого пьяницы Валерки.