Волшебные рассказы

Кто был тот немецкий офицер, пролетавший, как ангел, над маленькой белорусской деревней? Как его звали, выжил ли он в той войне или раньше срока покинул этот мир? Узнавать все это то ли некогда, то ли некому, то ли нет охоты. Ведь таких деревень на просторах бывшей империи примерно столько, сколько видимых звезд на ночном небе.

Люди, которые, быть может, прочтут эти строки, будут знать многое, неизвестное мне, и многое - останется неизвестным для тех, кто будет жить, когда изгладится всякая память о нас теперешних.

Но мир много потеряет, если в нем когда-нибудь не останется ничего непонятного.

Мужское начало

Мы были знакомы тридцать четыре года. Самое ранее знакомство – забылось. Помню в основном – поездки. Вот одна из ранних: мы в Белоруссии, пошли купаться на речку. Она мелкая, даже для меня, а росту тогда во мне было - около метра. Но купанье для нас практически острая необходимость, ведь бани в деревне не было. Как обходились местные жители - я не знаю, но нам, приезжим, привыкшим мыться в бане хотя бы раз в две недели, не реже – неприятно.

В поисках речки мы чуть не пересекли границу с Польшей, вышедший из кустов пограничник с автоматом вежливо помешал это сделать.

Сколько я себя помню, мы ходили летом купаться на Волгу. Мы с ним – волжане. Для меня купание заключалось в плескании, а потом, по мере взросления, нырянии у самого берега. Он купался таким образом: медленно раздевался до семейных трусов, не спеша, заходил в воду. Остывал, стоя по пояс. Потом резко отталкивался от дна, и плыл, заплывая метров, наверное, на двадцать.

Поплавав там, возвращался. Причем, иногда, возвращался, плывя к берегу, не кролем, а как-то боком. Становился на ноги, и стоял так по пояс в воде некоторое время, посматривая по сторонам. Выходил и больше уже не купался.

Затем следовал обязательный ритуал выжимания трусов. У нас мальчишек для этого нужно было скрыться куда-то, что на нашем холмистом, обрывистом берегу - труда не составляло, как впрочем и на противоположном пологом, поросшим лесом и кустами.

Дрожащими руками мы опускали до колен мокрые трусы - потому, что заголяться совсем - было позорно, и прямо на себе перекручивали их так чтобы выжать воду, остатки влаги досыхали на ветру и солнце. Взрослые мужики пофигисты вообще никуда не прятались, быстренько выжимали тонкий ситец и натягивали на себя.

Кроме купания в реке летом, дома, в своем небольшом городке мы ходили в городскую баню два раза в месяц. Именно в «баню», а не в «бани» по-столичному.