Волшебные рассказы

Тем не менее, на нее всегда можно рассчитывать, она не предаст, не бросит. Лучше, чем кто-либо, Черный пудель может хранить секреты, она - себе на уме. Такое ощущение, что у нее самой никаких секретов и вовсе нет, вот уж это ощущение обманчиво: секреты были, просто она о них забыла. Мозгов все-таки мало.

Примерно через год нашей совместной жизни у нее завелся щеночек. По идее она могла бы уже быть бабушкой: взрослые дети, внуки, целая свора, но этого не случилось. Сначала, когда забеременела, она перепугалась, но потом инстинкты, физиология - взяли свое, и она понесла.

Уникальный случай, родился всего один детеныш. У слонов и китов это нормально, мой Черный пудель и решил им уподобиться.

На протяжении всей жизни у нее были затруднения с размножением, вызванные, ее непостоянством и вечным беспокойством. Она все время куда то сосредоточено семенила своими ножками, оставляя позади глупых кобельков. А, может быть, потому так, что в случке, или, извините, в любви - она всегда стремилась остаться чистой? И в этом тоже, как и во всем остальном, она честна и разумна.

А сие в чем-то противоречат любви, где нужно обманывать и обманываться.

Пожалуй, меня можно назвать отцом ее щеночка. По крайней мере, названным, «крестным». Во времена первобытной свободы люди не видели явной связи между сексом и зачатием, говорили: ветром надуло, прошел золотой дождь, прибежал бог в образе быка. Что-то в этом есть…

Так у нас с нею появилось еще одно общее дело. Раньше это были прогулки, стрижка, блохи.

Мое стояние у плиты. Старенький телевизор с плохим звуком.

Молока у нее было, по всей видимости, очень мало, и как ее скудный помет не подох - остается только догадываться. Но крошка щеночек - очень быстро научился кушать из соски, из блюдца. А у меня, вдобавок к старому кошачьему тазику, в который я бросал рваные на мелкие кусочки газеты, добавились - его лужицы. Скоро пришлось два три раза в день его выгуливать. Мамка гуляла иногда с нами, иногда одна.

Она все норовила принести ему что-нибудь из мусорных ящиков. Я ей на это строго говорил: нельзя! Но это плохо помогало.

Для себя она никогда ничего не приносило оттуда, скромничала. Она вообще довольно бескорыстна и по-королевски великодушна. Независимо от того, живет ли на улице или дома, в ней преобладает духовное начало, и она обходится без материального комфорта. Даже если она им пользуется, у нее нет предрасположения к особой роскоши.