Жертва для дракона

Зачем меня спасать? Ни в этом году, так в последующих вытащу этот ненавистный зелёный камень!

День был солнечный и тёплый, то, что надо для жертвоприношения Дракону. Когда меня вывели, брат попытался меня спасти, но его схватили стражники. Меня же отвели к столбу, под ободряющие крики толпы. Длинное голубое платье развивалось на ветру, как и мои волосы, которые собрали только на макушке.

– Жертва для Дракона! – кричала толпа и кидала цветы на тропу, по которой я шла.

Приветствуют они меня! Лучше бы сами к столбу привязались, я бы тоже покричала с удовольствием! Одна Мира долго со мной прощалась, не переставая плакать.

Вот и ненавистный столб. Меня привязали крепко, так чтоб и мысли не было об освобождении. А я желала только одного, что бы меня съели быстро! Надеюсь, Эльтарис не совершит глупость и не станет махать железкой перед драконом.

Полдень – время, когда Дракон прилетает за своей жертвой. А вот и он, собственной персоной! Давно пора, а то у меня всё затекло.

В жизни этот изумрудного цвета зверь кажется намного больше, чем из окна моей кельи. Чешуйки переливаются на солнце всеми оттенками зелёного. Глаза с вертикальным зрачком внимательно меня изучают. Потом дракон с силой втянул воздух, так что моё платье и волосы потянулись к его пасти.

– Да ешь уже, не тяни, – рявкнула я, а то мои нервы уже не выдерживали. От страха подгибались ноги и, если бы я не была привязана к столбу, то давно бы упала.

Такого обращения Дракон явно не ожидал, уставившись на меня своим огромным глазом.

– Не тронь её! Она не твоя, пока я жив!

Только не это! Верхом на огромном светло-сером жеребце мчался Эльтарис в сияющих доспехах.

– Не надо! – кричала я другу. Но рыцарь не захотел внять моим мольбам.

Теперь вместо одного трупа, сегодня будет два!

Дракон, оторвавшись от созерцания жертвы, то бишь меня, рванул навстречу рыцарю, по пути выпустив в него струю огня из пасти. Он и такое может?! Но Эльтарис смог уклониться и с мечом наголо подскочил к Дракону и ударил его по лапе.

Недолго длился бой с ящером. До тех пор, пока он не скинул с коня моего защитника и, придавив лапой к земле, разинул пасть и испустил страшный рык. Толпа давно уже разбежалась и выглядывала с безопасного расстояния. Никто не встал на защиту сына градоправителя.

Никто, кроме меня.

– Ты, ящерица-переросток! – что есть мочи заорала я.